Статья 3302 ук рф

Уголовный кодекс РФ в последней редакции:

Статья 330.2 УК РФ. Неисполнение обязанности по подаче уведомления о наличии у гражданина Российской Федерации гражданства (подданства) иностранного государства либо вида на жительство или иного действительного документа, подтверждающего право на его постоянное проживание в иностранном государстве

Неисполнение лицом установленной законодательством Российской Федерации обязанности по подаче в соответствующий территориальный орган федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, уведомления о наличии у гражданина Российской Федерации гражданства (подданства) иностранного государства либо вида на жительство или иного действительного документа, подтверждающего право на его постоянное проживание в иностранном государстве, —

наказывается штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года либо обязательными работами на срок до четырехсот часов.

Вернуться к оглавлению : Уголовный кодекс РФ в последней редакции

Omnpk-energetika.ru

Юридический отдел

3302 ук рф

3302 ук рф

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ ОМСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

от 09 августа 2012 года Дело N 22-3302/12

Судебная коллегия по уголовным делам Омского областного суда в составе

председательствующего: Березина Ю.Г.

судей: Бондаренко А.А., Сидоркиной Л.А.

при секретаре: Безнищенко С.С.

рассмотрела в судебном заседании 09 августа 2012 года дело по кассационной жалобе осужденного Дубова на постановление Куйбышевского районного суда г. Омска от 26 марта 2012 года, которым

ходатайство осужденного Дубова о пересмотре в отношении него приговора, в связи с внесенными в УК РФ изменениями, удовлетворено частично и постановлено:

-считать Дубова осужденным по приговору Коркинского городского суда Челябинской области от 26.09.2006 года по п. «а» ч.2 ст. 158 УК РФ (2 эпизода) (в редакции ФЗ от 07.03.2011 года № 26-ФЗ) к 1 году 7 месяцам, по каждому эпизоду, на основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности наказаний, назначенных приговором Челябинского областного суда и приговором Коркинского городского суда Челябинской области от 26.09.2006 года, путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно определить наказание в виде лишения свободы на срок 14 лет 11 месяцев. В остальной части приговоры Челябинского областного суда от 26.02.2007 года и Коркинского городского суда Челябинской области от 26.09.2006 года оставить без изменения.

Заслушав доклад судьи областного суда Бондаренко А.А., мнение прокурора Романенко П.С., полагавшего решение суда оставить без изменения, судебная коллегия

Приговором Челябинского областного суда от 26.02.2007 года Дубов осужден по п.«в» ч.4 ст.162 УК РФ к 9 годам лишения свободы; по ч.3 ст.30, п.«з» ч.2 ст. 105 УК РФ к 11 годам лишения свободы. На основании ч.3 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно определено наказание в виде 14 лет лишения свободы.

На основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности наказаний, назначенных приговором Челябинского областного суда и приговором Коркинского городского суда Челябинской области от 26.09.2006 года (осужден по ч.1 ст.330 УК РФ; по п.«а» ч.2 ст. 158 УК РФ за совершение двух преступлений) путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно определено наказание в виде 15 лет лишения свободы.

В порядке п. 13 ст. 397 УПК РФ в Куйбышевский районный суд г. Омска поступило ходатайство осужденного Дубова о пересмотре в отношении него указанного приговора от 26.02.2007 года в силу ст. 10 УК РФ, в связи с внесенными в УК РФ изменениями.

По ходатайству осужденного Дубова судом постановлено вышеизложенное решение.

В кассационной жалобе осужденный Дубов выражает свое несогласие с решением суда, считает его необоснованным, несправедливым и подлежащим изменению, ввиду неправильного применения уголовного закона.

Полагает, что суд рассмотрел его ходатайство формально, без учета внесенных в УК РФ изменений, необоснованно снизил ему окончательный размер наказания на 1 месяц. Просит решение суда изменить, снизить наказание в большем размере, как за каждое из преступлений, так и по их совокупности по правилам частей 3,5 ст. 69 УК РФ.

В возражениях на кассационную жалобу старший помощник прокурора округа Мигель С.А. просит оставить кассационную жалобу осужденного Дубова без удовлетворения, а решение суда — без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия считает постановление суда от 26 марта 2012 года в отношении Дубова подлежащим изменению.

Согласно ст. 10 УК РФ уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующее деяние до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость.

В соответствии с ч. 2 ст. 10 УК РФ, если новый уголовный закон смягчает наказание за деяние, которое отбывается лицом, то это наказание подлежит сокращению в пределах, предусмотренных новым уголовным законом.

Вопреки доводам кассационной жалобы осужденного Дубова по настоящему делу выше приведенные требования закона выполнены в полной мере.

ФЗ № 26-ФЗ от 07.03.2011 года в ч. 2 ст. 158 УК РФ внесены изменения, улучающие положения осужденного, исключен нижний предел наказания в виде исправительных работ.

Указанным Федеральным законом также внесены изменения в санкцию ч.1 ст.330 УК РФ в сторону смягчения — исключен нижний предел наказания в виде исправительных работ и ареста.

В этой связи, в соответствии с действующим законом, в силу ст. 10 УК РФ, судом обоснованно приведен в соответствие с действующим законом приговор Коркинского городского суда Челябинской области от 26.09.2006 года и снижено назначенное Дубову наказание как по п. «а» ч. 2 ст.158 УК РФ, так и по совокупности преступлений, в том числе исходя из требований, предъявленных к назначению наказания в соответствии с ч.3 ст.60 УК РФ.

Учитывая, что наказание по приговору от 26.02.2007 года Дубову было назначено с учетом требований ч.5 ст.69 УК РФ, судом первой инстанции также обосновано было снижено итоговое наказание и по последнему приговору, по которому осужденный отбывает наказание в настоящее время. Оснований для дальнейшего снижения назначенного Дубову наказания, судебная коллегия не видит.

В тоже время суд первой инстанции обосновано не нашел оснований для пересмотра в соответствии со ст. 10 УК РФ приговора Челябинского областного суда от 26.02.2007 года в части осуждения Дубова по п.«в» ч.4 ст.162 УК РФ и по ч.3 ст.30, п.«з» ч.2 ст. 105 УК РФ поскольку изменений, улучшающих положение осужденного в указанные статьи Уголовного Кодекса Российской Федерации Федеральными Законами №377-ФЗ от 27 декабря 2009г., №26-ФЗ от 7 марта 2011г. и №420-ФЗ от 7 декабря 2011г. не вносилось.

При суд правомерно не усмотрел оснований для снижения наказания Дубову по ч.1 ст.330 УК РФ по приговору Коркинского городского суда Челябинской области от 26.09.2006 года, поскольку изменения, внесенные в в санкцию данной статьи УК РФ касались таких видов наказания, как исправительные работы и арест, в то время как осужденному было назначено более мягкое наказание — штраф.

Судебная коллегия также полагает, что оснований для изменения категории тяжести совершенных Дубовым преступлений по ч. 2ст. 158 УК, ч.4 ст.162 УК РФ, ч.2 ст.105 УК РФ РФ на менее тяжкую, в соответствии с ч.6 ст. 15 УК РФ, не имеется.

Районный суд при решении вышеуказанного вопроса исходил из установленных по делу обстоятельств и степени общественной опасности содеянного Дубовым , поэтому обоснованно не нашел оснований для изменения категорийности совершенных осужденным деяний, на менее тяжкую.

У судебной коллегии не имеется оснований сомневаться в правильности выводов суда, изложенных в постановлении.

Таким образом, каких — либо оснований для удовлетворения кассационной жалобы осужденного Дубова судебная коллегия не находит.

Вместе с тем в постановлении суда допущена ошибка в указании даты вынесения судебного решения; постановление датировано 26 марта 2012г., в то время как согласно протоколу судебного заседания, ходатайство осужденного было рассмотрено 26 июня 2012г.

В этой связи судебная коллегия полагает необходимым данную техническую ошибку устранить, указав дату вынесения постановления — 26 июня 2012г.

Иных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение постановления, судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия

Постановление Куйбышевского районного суда г. Омска от 26 марта 2012 года в отношении Дубова изменить:

-считать датой вынесения постановления 26 июня 2012 года.

В остальной части это же постановление оставить без изменения, кассационную жалобу осужденного — без удовлетворения

Электронный текст документа
подготовлен ЗАО «Кодекс» и сверен по:
файл-рассылка

3302 ук рф

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ КИРОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

от 18 октября 2012 года Дело N 22-3302

г. Киров 18 октября 2012 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Кировского областного суда в составе:

председательствующего Овчинникова А.Ю.,

судей Нопиной Р.В. и Заколюкина А.Н.,

при секретаре судебного заседания Зеленковой Е.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по кассационной жалобе осужденного

Жукова Н.А., . года рождения, уроженца . , отбывающего наказание в ФКУ ИК-17 УФСИН России по Кировской области,

на постановление Омутнинского районного суда Кировской области от 16 августа 2012 г., которым частично удовлетворено ходатайство осужденного Жукова Н.А. о приведении приговоров в соответствие с изменениями, внесенными в Уголовный кодекс РФ.

Заслушав доклад судьи областного суда Заколюкина А.Н., выступление защитника Литвинова В.П., поддержавшего доводы кассационной жалобы осужденного, мнение прокурора Опалевой Е.В., полагавшей необходимым постановление суда оставить без изменения, кассационную жалобу — без удовлетворения, судебная коллегия

Жуков Н.А. отбывает наказание по приговоруОмутнинского районного суда Кировской области от 24 августа 2011 года, которым он осужден по ч.1 ст. 109 УК РФ к 1 году лишения свободы. На основании ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытого наказания по предыдущему приговору назначено окончательное наказание в виде 1 года3 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Ранее Жуков Н.А. осуждался приговором Ленинского районного суда г.Кирова от 15 декабря 2010 года (с учетом изменений от 18.07.2011 года) по ч.1 ст.158 УК РФ к 6 месяцам лишения свободы, по п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ (в редакции ФЗ от 07.03.2011 года) к 1 году 6 месяцам лишения свободы. С применением ч.3 ст.69 УК РФ назначено окончательное наказание в виде 1 года 9 месяцев лишения свободы.

Рассмотрев 16 августа 2012 года ходатайство осужденного Жукова Н.А. о пересмотре приговоров в связи с внесением изменений в УК РФ Федеральным законом № 420-ФЗ от 07.12.2011 г., Омутнинский районный суд Кировской области своим постановлением внес изменения в приговор Ленинского районного суда г.Кироваот 15.12.2010 года: по ч.1 ст.158 УК РФ Жукову назначено наказание в виде 10 месяцев ограничения свободы; окончательное наказание, назначенное на основании ч.3 ст.69 УК РФ, снижено до 1 года 7 месяцев лишения свободы.

Приговор Омутнинского районного суда Кировской области от 24.08.2011 года также изменен.

Во вводную часть приговора внесены соответствующие изменения относительно судимости по приговору от 15.12.2010 года.

На основании ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытого наказания по приговору от 15.12.2010 года, окончательно определено к отбытию наказание в виде 1 года 2 месяцев лишения свободы.

В остальной части приговоры в отношении Жукова оставлены без изменения.

В кассационной жалобе осужденный ЖуковН.А. выражает несогласие с размером окончательного наказания, назначенного ему по правилам ст.70 УК РФ. Указывает, что с учетом снижения наказания по приговору от 15.12.2010 года до 1 года 7 месяцев лишения свободы неотбытый срок наказания по данному приговору составляет 2 месяца 4 дня. Считает, что суд при назначении окончательного наказания по совокупности приговоров применил принцип полного присоединения наказания, не отбытого по приговору от 15.12.2010 года, а не частичного, как определено приговором от 24.08.2011 года. В связи с неправильным применением уголовного закона просит постановление суда изменить, снизить срок наказания до 1 года 1 месяца лишения свободы.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 10 УК РФ уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такового закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость.

В соответствии с требованиями ч.1 ст.56 УК РФ в редакции Федерального закона от 07.12.2011 года № 420-ФЗ суд обоснованно привел приговор в отношении Жукова Н.Аот 15.12.2010 года в соответствие с действующим законодательством и назначил ему за преступление, предусмотренное ч.1 ст.158 УК РФ, наказание в виде ограничения свободы.

Суд также принял правильное решение о смягчении наказания, назначенного Жукову Н.А. приговором от 15.12.2010 года по правилам ч. 3 ст.69 УК РФ, а также наказания, назначенного осужденному в соответствии со ст.70 УК РФ приговором от 24.08.2011 года.

В постановлении верно указано на отсутствие оснований для пересмотра приговораот 24.08.2011 года в отношении Жукова Н.А. в связи с изменениями, внесенными в УК РФ Федеральным законом от 07.12.2011 года № 420-ФЗ, поскольку изменений, улучшающих положение осужденного в этой части, в Уголовный кодекс внесено не было.

Доводы осужденного о фактическом применении судом принципа полного, а не частичного присоединения неотбытого наказания при назначении ему окончательного наказания по правилам ст.70 УК РФ являются несостоятельными.

Как видно из постановления, суд, определяя размер окончательного наказание по приговору от 24.08.2011 года, в соответствии со ст. 70 УК РФ частично присоединил к назначенному наказанию (1 год лишения свободы), неотбытоенаказание по предыдущему приговору(2 месяца4 дня лишения свободы), назначив Жуковуокончательное наказание в виде 1 года2 месяцев лишения свободы.

Таким образом, судебная коллегия считает, что требования Общей части УК РФ при назначении Жукову наказания судом не нарушены.

Нарушений требований УПК РФ при рассмотрении ходатайства осужденного судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 377, 378. 388 УПК РФ судебная коллегия

Постановление Омутнинского районного суда Кировской области от 16 августа 2012 года в отношении Жукова Н.А. оставить без изменения, кассационную жалобу осуждённого — без удовлетворения.

Электронный текст документа
подготовлен ЗАО «Кодекс» и сверен по:
файл-рассылка

3302 ук рф

В Московской области офицер осужден за дачу взятки

Доказательства, собранные военным следственным отделом Следственного комитета Российской Федерации по Солнечногорскому гарнизону, признаны судом достаточными для вынесения приговора военнослужащему войсковой части 41521 капитану Вадиму Дворецкому. Он признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 291 (дача взятки) и ст. 3302 УК РФ (неисполнение обязанности по подаче уведомления о наличии у гражданина Российской Федерации вида на жительство или иного действительного документа, подтверждающего право на его постоянное проживание в иностранном государстве).

Следствием и судом установлено, что 13 июля 2016 года Дворецкий, зная о последующем увольнении с военной службы по организационно-штатным мероприятиям, находясь на лечении в терапевтическом отделении (врачебно-летной экспертизы) филиала № 1 ФГБУ «3 Центральный военный клинический госпиталь им. А.А. Вишневского» Минобороны России, дал заведующему отделением взятку за внесение в медицинские документы не соответствующие действительности сведения о наличии у него заболевания, которое дало бы основание для признания негодным к летной работе. Кроме того, в период с 4 июля 2014 года по 31 августа 2016 года военнослужащий умышленно не подавал в соответствующий территориальный орган сведения о наличии у него вида на жительство, подтверждающего его право на постоянное проживание в иностранном государстве – Эстонской Республике.

Приговором Одинцовского гарнизонного военного суда Дворецкому назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года 1 месяц с отбыванием в колонии общего режима и штрафа в размере 400 тысяч рублей.

Мониторинг правоприменения

Апрель 2018

  • размер шрифта уменьшить размер шрифта увеличить размер шрифта
  • Печать

Информация

о результатах мониторинга правоприменения

за апрель 2018 года

Уголовное право

Анализ судебно-следственной практики применения статьи 238 УК РФ

(Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности)

Отчет подготовлен по результатам изучения 150 судебных решений и 10 постановлений об отказе в возбуждении уголовных дел.

Исполнители: профессор кафедры уголовного права СПбГУ, д.ю.н. Щепельков В.Ф.; доцент кафедры уголовного права, к.ю.н. Оленников С.М., аспирант Скоробогатько Я.П.

В статье 238 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за производство, хранение, перевозку в целях сбыта либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, а равно неправомерные выдачу или использование официального документа, удостоверяющего соответствие указанных товаров, работ или услуг требованиям безопасности (ч. 1 ст. 238 УК РФ). По части 2 ст. 238 УК РФ ответственность наступает при наличии квалифицирующих признаков: совершение преступления группой лиц по предварительному сговору или организованной группой; совершение деяния в отношении товаров, работ или услуг, предназначенных для детей в возрасте до шести лет; наступление по неосторожности тяжкого вреда здоровью либо смерть человека. Если в результате по неосторожности наступила смерть двух или более лиц, то содеянное требует квалификации по ч. 3 ст. 238 УК РФ. Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 238 УК РФ, является умышленным, в силу формального состава требуется наличие прямого умысла. По ч. 2 и ч. 3 ст. 238 УК РФ ответственность наступает за преступления с двумя формами вины. По категории тяжести деяние, предусмотренное ч. 1 ст. 238 УК РФ, отнесено законодателем к преступлению небольшой тяжести, преступления, предусмотренные ч. 2 и ч. 3 ст. 238 УК РФ, – к тяжким преступлениям.

В результате исследования 150 решений судов в 23 субъектах Российской Федерации (Республика Башкортостан, Белгородская область, Республика Дагестан, Республика Калмыкия, Камчатский край, Кировская область, Краснодарский край, Красноярский край, Республика Крым, Курганская область, Ленинградская обл., Москва, Нижегородская область, Омская область, Пермский край, Ростовская область, Самарская область, Санкт-Петербург, Ставропольский край, Республика Татарстан, Томская область, Тюменская область, Ульяновская область) за период с 2011 года были получены следующие результаты.

Были выделены 4 сферы, в которых совершаются данные преступления:

  • предоставление услуг населению — (39 дел, что составляет 26 %);
  • производство и продажа алкогольной продукции (63 дела, что составляет 42 %)
  • предоставление услуг по перевозке (24 дела – 16 %)
  • производство и продажа продуктов питания (24 дела – 16 %).

В зависимости от квалификации преступлений по разным частям ст. 238 УК РФ дела распределились следующим образом: по ч. 1 ст. 238 УК РФ было квалифицировано 128 преступлений, что составляет 85 %, по ч. 2 ст. 238 УК РФ – 20 преступлений (14 %), по ч. 3 ст. 238 УК РФ – 2 (1 %).

Представляет интерес распределение преступлений в зависимости от того, совершаются они в процессе зарегистрированной экономической деятельности (назовем это на профессиональной основе) или же нет (на непрофессиональной основе).

Лица, совершающие преступления, предусмотренные ст. 238 УК РФ, в зависимости от сферы деятельности

Всего

Предоставление услуг населению

Производство и продажа алкогольной продукции

Предоставление услуг по перевозке

Производство и продажа продуктов питания

В целом преступления, предусмотренные ст. 238 УК РФ, в большинстве случаев (57 %) совершаются вне рамок зарегистрированной деятельности. И только в сфере производства и продажи алкогольной продукции большая часть преступлений (73 %) совершается в процесс зарегистрированной деятельности.

Представляет интерес распределение лиц, совершающих преступления в организации, в зависимости от их профессиональных функций.

Лица, совершающие преступления в организации, в зависимости от выполняемой профессиональной функции

Ответственные за безопасность

Предоставление услуг населению

Производство и продажа алкогольной продукции

Предоставление услуг по перевозке пассажиров

Производство и продажа продуктов питания

В большинстве случаев (66 %) привлекают к ответственности руководителей, а в сфере производства и продажи алкогольной продукции и продуктов питания руководителей привлекали к уголовной ответственности соответственно в 76 % и 71,5 % случаев совершения преступлений. За оказание услуги по перевозке пассажиров, не отвечающей требованиям безопасности, привлекались к ответственности только водители (75%) и лица, отвечающие за безопасность оказания услуги (25 %), руководителей в этой сфере к ответственности не привлекали.

Заслуживает внимание распределение лиц, совершающих преступления вне зарегистрированной деятельности, в зависимости от систематичности общественно опасных деяний.

Лица, совершающие преступления вне зарегистрированной деятельности, в зависимости от систематичности общественно опасных деяний

Совершение общественно опасного деяния

Предоставление услуг населению

Производство и продажа алкогольной продукции

Предоставление услуг по перевозке пассажиров

Производство и продажа продуктов питания

В 70 % случаев преступления, совершаемые вне рамок зарегистрированной деятельности, осуществляются на систематической основе. Исключение составляют только преступления, связанные с производством и продажей продуктов питания, где доля деяний, совершаемых систематически, составляет 22 %.

Таким образом, в общей сложности преступления, совершаемые на систематической основе, составляют 83 %, от всех совершенных преступлений, предусмотренных ст. 238 УК РФ.

Наиболее тяжкие последствия наступают от преступлений в сфере предоставления услуг населению (в 30% случаев наступает тяжкий вред здоровью или смерть потерпевшего).

Проблемы уголовно-правовой квалификации

  1. Пожалуй, наиболее остро при квалификации содеянного по ст. 238 УК РФ стоит вопрос об установлении признака общественной опасности деяния.

Закон в действующей редакции не предусматривает в качестве обязательного признака основного состава преступления причинение каких-либо последствий. В первоначальной редакции данной статьи уголовная ответственность наступала лишь в случае, если выпуск или продажа товаров, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, повлекли по неосторожности причинение вреда здоровью человека. Однако еще в 1999 году законодатель, очевидно желая усилить борьбу с распространением на потребительском рынке товаров, потенциально опасных для жизни и здоровья людей, исключил из текста закона указание на последствия, а также дополнительно криминализовал производство, хранение и перевозку в целях сбыта небезопасных товаров и продукции.

Внесение указанных поправок создало предпосылки для серьезного изменения уголовно-правовой характеристики анализируемого состава преступления. Во-первых, в действиях законодателя прослеживалось стремление к формализации состава преступления. В данном случае это могло бы означать возможность привлечения к ответственности за оконченное преступление при совершении деяний, выразившихся в отступлении от требований безопасности при производстве товара, его хранении, продаже либо в процессе оказания услуги вне зависимости от последствий допущенных нарушений. Во-вторых, неосторожное преступление трансформировалось в умышленное, поскольку указание на причинение последствий по неосторожности теперь предусмотрено только в качестве квалифицирующего признака, а в основной состав включено указание на цель сбыта.

В результате, когда правоохранительные органы стали активно применять статью 238 УК, начала складываться противоречивая практика при квалификации содеянного, если материалами дела достоверно подтверждается лишь факт нарушения нормативных требований безопасности при совершении действий, указанных в диспозиции нормы закона.

В одних случаях допущенные нарушения при обороте товаров или оказании услуг рассматриваются в качестве достаточного основания для уголовной ответственности вне зависимости от того, представляли ли потенциальную опасность для жизни или здоровья сами товары и услуги. Правоприменительные органы и суды в таких делах исходят из презумпции опасности товара и услуги, если нарушены нормативные правила, содержание которых направлено на обеспечение безопасности жизни и здоровья потребителей.

Другой подход предполагает необходимость установления того, что в результате допущенных нарушений в конкретном случае создавалась реальная угроза причинения вреда жизни и здоровью потребителей.

Например, С. была осуждена за хранение в целях сбыта и сбыт товаров и продукции, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей. Приговором суда установлено, что С., работая продавцом в магазине, в нарушение п. п. 11, 23, 33 «Правил продажи отдельных видов товара», утвержденных Постановлением Правительства РФ от 19 января 1998 года, умышленно хранила с целью последующего сбыта продукты питания, не отвечающие требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, с истекшим сроком годности, которую умышленно продала покупателю в рамках проводимой проверочной покупки. Данные действия судом были квалифицированы по ч.1 ст.238 УК РФ, как хранение в целях сбыта и сбыт товаров и продукции, не отвечающей требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей. Суд надзорной инстанции отменил приговор указав, что сам по себе факт несоответствия товара требованиям качества не всегда создает реальную опасность для жизни и здоровья потребителя и не является достаточным условием для привлечения лица к уголовной ответственности по ч.1 ст.238 УК РФ, поскольку в том случае, если опасность сбываемой продукции для жизни и здоровья потребителей не подтверждена, возможно применение административной, а не уголовной ответственности[1].

Более того, анализ правоприменительной практики показывает, что при рассмотрении конкретных дел аналогичные фактические обстоятельства получают в приговорах разных судов различную правовую оценку. Так, Г. был признан виновным и осужден за оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей. Выполняя обязанности оператора-заправщика автогазозаправочной станции (АГЗС), он произвел заправку бытового газового баллона сжиженным газом, нарушив тем самым требования безопасности, поскольку у бытового газового баллона истекли сроки эксплуатации и освидетельствования, в связи с чем он не мог быть допущен к заправке и подлежал утилизации. Кроме того, Г. использовал для наполнения бытового газового баллона не предназначенное для этого оборудование. Суд пришел к выводу, что оказанная услуга по наполнению газом бытового газового баллона с истекшим сроком эксплуатации и освидетельствования не отвечала требованиям безопасности и несла угрозу жизни и здоровью персонала АГЗС и потребителей[2].

В другом деле, оператор АГЗС, осуществивший заправку бытового газового баллона, не подлежавшего эксплуатации, был оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Суд согласился с тем, что оператор нарушил запрет заправки бытовых баллонов на АГЗС, запрет эксплуатации не прошедших проверку газовых баллонов. Вместе с тем, в решении суда указано, что само по себе формальное нарушение требований нормативных актов в сфере работы со сжиженными газами, не может образовывать состав преступления при отсутствии его необходимого признака — общественной опасности. Из заключения технической судебной экспертизы следовало, что техническое состояние баллона соответствовало норме, на поверхности баллона отсутствовали какие-либо повреждения, фактический вес заправленного баллона не превышал установленных норм. Поэтому суд сделал вывод: хотя заправка газового баллона и была произведена с нарушением установленных требований, оператором АГЗС не было допущено заполнение газом некачественного, имеющего дефекты баллона, а равно и его переполнение, создающее условия для возможного разрушения баллона, разгерметизации. При таких обстоятельствах никакой угрозы жизни и здоровью потребителя или иных лиц действия оператора не создавали[3].

Следует согласиться с толкованием закона, согласно которому для привлечения к уголовной ответственности по статье 238 УК требуется установить наличие реальной угрозы причинения вреда жизни и здоровью потребителей. Действующее законодательство не допускает возложение уголовной ответственности за нарушение различного рода правил, требований, норм безопасности, если нарушения не привели к наступлению общественно-опасных последствий или возникновению угрозы их наступления. Ответственность за сам факт нарушения нормативных требований, как правило, наступает в соответствии с нормами административного законодательства, поскольку общественная опасность таких нарушений, если они не угрожают причинением существенного вреда, недостаточна для криминализации соответствующих действий.

  1. Еще одна проблема при применении ст. 238 УК РФ – установление вины.

Изучение судебной практики показывает, что при квалификации по части 1 статьи 238 УК в приговорах всегда содержится оценка субъективной стороны содеянного. При этом правоприменители обоснованно исходят из того, что это преступление совершается с прямым умыслом. Однако в значительном количестве судебных решений при анализе вины в совершении конкретного преступления игнорируется содержание умысла, и речь идет лишь об особенностях его формы. Например:

— подсудимая осознавала, что хранит в целях сбыта и сбывает спиртосодержащую жидкость, не отвечающую требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, предвидела наступление общественно-опасных последствий и желала их наступления[4];

— с субъективной стороны совершенное общественно-опасное деяние характеризуется прямым умыслом, так как К.К.Б. осознавал, что сбывает продукцию, не отвечающую требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, и желал совершить указанные действия[5];

— установленные в суде обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о прямом умысле В.М. именно на выполнение работ, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, так как он осознавал общественную опасность указанного преступления, предвидел возможность общественно опасных последствий и желал их наступления[6].

Таким образом, в ряде решений суды при характеристике субъективной стороны ограничиваются формулировкой умышленной вины, приведенной в статье 25 УК и построенной на особенностях ее формы. При этом, как видно из приведенных примеров, положения статьи Общей части об отношении виновного к последствиям воспроизводятся даже несмотря на то, что в части 1 статьи 238 предусмотрен формальный состав преступления. Подобный подход следует признать неправильным, так как в обосновании вины при квалификации конкретного преступления необходимо указывать, общественную опасность каких именно действий осознавало виновное лицо и желало совершить, а также в чем выражается общественная опасность.

В мотивировочной части некоторых судебных актов приводится описание содержания вины. Поскольку содержательное наполнение интеллектуального и волевого элемента вины в значительной мере определяется тем, как истолкованы объективные признаки преступления, в решениях судов по-разному оценивается, что должно осознавать, предвидеть и желать виновное лицо.

Во многих случаях раскрывая содержание умысла при квалификации по части 1 статьи 238 УК, правоприменители указывают, что виновный осознавал общественную опасность содеянного и желал продолжать осуществлять сбыт небезопасных товаров или оказание небезопасных услуг, поскольку ранее предупреждался о допущенных им нарушениях требований безопасности или привлекался к административной ответственности. Например:

— доводы о том, что не доказано наличие прямого умысла в действиях подсудимой, суд признает несостоятельными. В судебном заседании было установлено, что Х. после сделанного сотрудниками полиции предупреждения о том, что изготовленная ею спиртосодержащая жидкость является непищевым продуктом и представляет опасность для здоровья и жизни людей, хранила в целях сбыта и сбывала спиртосодержащую жидкость, не отвечающую требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, действовала умышленно, осознавала общественную опасность своих действий[7];

— о прямом умысле С., об осознании им характера своих действий и их несоответствия требованиям безопасности, свидетельствуют уведомление об ответственности за оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, а также документы административного производства, согласно которым он привлекался к административной ответственности за нарушение п. 56 Правил пожарной безопасности на судах внутреннего водного транспорта РФ при эксплуатации судна[8];

— защитник полагает, что не доказан умысел подсудимого на совершение преступления. Суд находит данное заявление не соответствующим полученным в судебном заседании сведениям. Как установлено, магазины С., его коптильный цех, были предметом неоднократных проверок следственными органами. При каждой из которых обнаруживались признаки уголовного преступления, однако С. свою незаконную деятельность не прекращал, в органы ветеринарного надзора свою продукцию для проверки не сдавал ни одного раза, что подтвердил в суде и руководитель данного органа. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что С. осознавал общественную опасность своих действий, но продолжал умышленно их совершать и действия его подпадают под признаки ст. 238 ч. 1 УК РФ[9].

В приведенных примерах ссылки на предупреждения, уведомления, факты административного производства, предшествовавшие уголовному преследованию, призваны подтвердить, что виновное лицо достоверно знало о нарушении им правил безопасности при обороте товаров и услуг. Поэтому интеллектуальный элемент вины, по существу, обосновывается через осознание противоправности совершенных действий, а их общественная опасность предполагается, поскольку виновный предупреждался о нарушении не любых правил производства товаров или оказания услуг, а правил безопасности. Такой подход к анализу субъективной стороны отражает вышеуказанное толкование судами объективной стороны преступления, при котором достаточным для уголовной ответственности считается сам факт нарушения правил, независимо от того, возникла ли реальная опасность для жизни и здоровья потребителя.

Если исходить из того, что ответственность по части 1 статьи 238 УК наступает лишь в случае фактической опасности товара или услуги, которая определяется исходя из реальных характеристик товаров и услуг, сбыт или оказание которых осуществляется в условиях конкретного места и времени, то осознание этой опасности должно включаться в содержание вины. То есть виновное лицо должно осознавать, что сбыт товара или оказание услуги создает реальную опасность для жизни и здоровья потребителя и желать совершать такие действия. Анализ материалов следственной практики (постановлений об отказе в возбуждении уголовных дел по статье 238 УК) показывает, что в тех случаях, когда установлены факты нарушения нормативных требований безопасности жизни и здоровья, но при этом не установлен умысел на сбыт товаров или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, уголовные дела не возбуждаются.

В судебной практике также встречаются дела, при рассмотрении которых суды не ограничиваются установлением осознания факта нарушения нормативных требований безопасности, включая в содержание вины осознание того, что сбыт товара или оказание услуги создавали реальную опасность для жизни или здоровья потребителя. Например:

— зная санитарно-эпидемиологические правила и нормативы, О.А.В., получая сопроводительные документы на мясо, не мог не заметить, что они имеют разночтения. Кроме того, как О.А.В., так и К. осознавали, что мясо должно поступить в детские сады для детей в возрасте до 6 лет, а потому обязаны были не только тщательнейшим образом ознакомиться с сопроводительными документами, но и с самой продукцией, не заметить некачественность которой не требовалось специальных навыков и познаний. В протоколе осмотра приведен текст разговора, состоявшегося между Г. и О.А.В. относительно поставленного мяса. В речи О.А.В. прозвучало (дословно): «…Оно за ночь просто так не могло испортиться. А цвет зеленый, я у Димы сразу спрашивал на следующее утро: Почему зеленый. ». Оценивая содержащиеся в указанном протоколе сведения с другими доказательствами у судебной коллегии не возникает сомнений о наличии в действиях О.А.В. и К. прямого умысла на совершение инкриминируемого им преступления[10];

— в судебном заседании бесспорно и достоверно установлен факт совершения подсудимым хранения в целях сбыта, и сбыт продукции, не отвечающей требованиям безопасности здоровья потребителей, при этом подсудимый Б.Н. действовал с прямым умыслом, поскольку он осознавал противоправность своих действий, так как достоверно знал о том, что указанная спиртосодержащая жидкость непригодна для употребления в пищу, а У.Б.Е. приобретает ее именно для этой цели, однако, он желал этого и достиг[11].

В тех случаях, когда суды считают не доказанным осознание виновным факта возникновения реальной опасности для жизни и здоровья потребителей и желания совершения действий, порождающих такую опасность, могут быть вынесены оправдательные приговоры. Например:

— мотивируя наличие в действиях Л. состава преступления, суд указал, что о наличии прямого умысла Л. на незаконное хранение спиртосодержащей продукции, опасной для жизни и здоровья потребителей, с целью сбыта свидетельствует количество изъятой при обыске в доме жидкости около — 100 литров, ее хранение в таре из-под воды, отсутствие на таре маркировки. Однако с такими выводами суда согласиться нельзя. Ни количество приобретенной жидкости, ни отсутствие на ней маркировки и акцизных марок само по себе с достоверностью не доказывает осознание Л. того обстоятельства, что в жидкости содержатся вещества, делающие ее опасной для жизни и здоровья людей. Органы следствия и суд не установил ни одного обстоятельства, основываясь на котором можно было бы сделать вывод о преступном умысле Л. на хранение спиртосодержащей жидкости, опасной для здоровья. То, что она спросила у продавца спиртосодержащей жидкости, пригодна ли она в пищу, и получила утвердительный ответ, подтверждает, что Л. желала приобрести хорошую продукцию, пригодную для употребления[12];

— вопреки доводам законного представителя потерпевшего, суд первой инстанции правильно пришел к выводу о том, что суду не представлено убедительных и достоверных доказательств того, что З. имел прямой умысел на оказание услуг с заведомо и реально опасными результатами для жизни и здоровья потребителей, путем введения (либо намерения ввести потребителя) в заблуждение относительно действительного качества товара, продукции, работы или услуги, реально представляющих опасность для его жизни и здоровья[13].

  1. Отдельную проблему при квалификации преступлений, предусмотренных ст. 238 УК РФ, составляет установление субъекта преступления, когда перечисленные в диспозиции ст. 238 УК РФ действия свершаются в организации. Возникает вопрос о том, кого привлекать к ответственности: руководителя организации, продавца, реализующего не отвечающий требованиям безопасности товар, руководителя среднего звена, которому известно о нарушениях требований безопасности, но который не прекращает оказание услуг или иных работников в той или иной степени причастных к осуществлению перечисленных в ст. 238 УК РФ действий.

Подобная проблема имеет место и в отношении некоторых иных преступлений (например, предусмотренных ч. 2 и 3 ст. 146, ст. 171 УК РФ). Так, по делам о незаконном предпринимательстве Верховный Суд РФ в постановлении Пленума от 18.11.2004 № 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» разъяснил, что при осуществлении организацией незаконной предпринимательской деятельности ответственности по статье 171 УК РФ подлежит лицо, на которое в силу его служебного положения постоянно, временно или по специальному полномочию были непосредственно возложены обязанности по руководству организацией, а также лицо, фактически выполняющее обязанности или функции руководителя организации. Если лицо (за исключением руководителя организации или лица, на которое постоянно, временно или по специальному полномочию непосредственно возложены обязанности по руководству организацией) находится в трудовых отношениях с организацией или индивидуальным предпринимателем, которые осуществляют свою деятельность без регистрации, с нарушением правил регистрации, без специального разрешения (лицензии) либо с нарушением лицензионных требований и условий или с предоставлением заведомо подложных документов, то выполнение этим лицом обязанностей, вытекающих из трудового договора, не содержит состава преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ. Это решение Пленума Верховного Суда РФ основано на том, что работники в указанной ситуации занимаются не предпринимательством, а принимают участие в производственной деятельности и получают зарплату за свой личный труд[14].

В случае со сбытом товаров, оказанием услуг или выполнением работ работник (продавец, рабочий и т.п.) также исполняет свои профессиональные функции и получает за это вознаграждение. Сбывает товар, оказывает услугу или выполняет работу организация, которая в итоге извлекает из этого выгоды. Поэтому и нести ответственность здесь должны только лица причастные к принятию решения о производстве, сбыте товара, оказании услуги или выполнении работ, не отвечающих требованиям безопасности. Логика вышеприведенного разъяснения Пленума Верховного Суда РФ по делам о незаконном предпринимательстве вполне применима и в случае с преступлением, предусмотренным ст. 238 УК РФ.

Таким образом, по общему правилу к уголовной ответственности по ст. 238 УК РФ за производство, хранение, перевозку в целях сбыта либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей должны привлекаться лица, которые принимают соответствующее управленческое решение. Это номинальные руководители организации, лица, возглавляющие отдельные подразделения. Такое решение может принять и фактический руководитель организации. Это могут быть и рядовые работники, если в установленном порядке на них возложена обязанность по принятию решения о производстве, хранении, перевозке в целях сбыта либо сбыте товаров и продукции, выполнении работ или оказании услуг с соблюдением требований безопасности жизни или здоровья потребителей. Иные лица могут привлекаться как соучастники в случаях, когда они вносят определенный вклад в принятие соответствующего решения. Например, в случае подстрекательства руководителя к указанным действиям. В любом случае одного факта физического участия в осуществлении производства, хранения, перевозки в целях сбыта либо сбыте товаров и продукции, выполнении работ или оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, работником организации при выполнении профессиональных функций, даже при условии его осведомленности о незаконности указанных действий недостаточно для привлечения его к уголовной ответственности[15].

Анализ судебных решений показывает, что суды соблюдают обозначенную логику установления субъекта преступления, когда оно совершается в организации.

  1. Понятие «оказание услуг» для целей применения статьи 238 УК.

В тех случаях, когда содеянное квалифицируется в соответствии со статьей 238 УК по признаку «оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей», возникает вопрос о том, что понимается под «услугами» и какими субъектами могут оказываться услуги. В частности, в ряде судебных решений отмечается, что диспозиция ч.1 ст.238 УК РФ является бланкетной и при квалификации деяния по данной уголовно-правовой норме необходимо обращаться к положениям Закона РФ «О защите прав потребителей», определяющим понятие «исполнителя» и «потребителя». При этом, как разъяснил Верховный Суд РФ в постановлении Пленума от 28.06.2012 N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», под услугой следует понимать действие, совершаемое исполнителем в интересах и по заказу потребителя в целях, для которых услуга такого рода обычно используется, либо отвечающее целям, о которых исполнитель был поставлен в известность потребителем при заключении возмездного договора (п.3). Основываясь на приведенном определении, суды по уголовным делам формулируют следующие признаки оказания потребительских услуг:

1) совершаются исполнителем в интересах и по заказу потребителя;

2) сопровождаются заключением возмездного договора.

В связи с этим отсутствие доказательств заключения договора об оказании услуг и возмездного характера отношений служит основанием для вынесения оправдательных приговоров. Например:

— Б. обвинялся в том, что совершил полет на вертолете Ми-2 в течение 20 минут, на высоте примерно 50 метров, с находящимися на борту вертолета пассажирами. По версии обвинения Б. оказал услугу по перевозке пассажиров, не отвечающую требованиям безопасности, совершил полет без уведомления контролирующих органов, при отсутствии сведений о полетах в районе иных воздушных судов, с использованием топлива, являющегося опасным ввиду отсутствия его анализа и замены. Суд пришел к выводу об отсутствии в действиях Б. состава преступления, в том числе потому, что для оказания услуги необходимо наличие такого критерия как заключение возмездного договора между исполнителем и потребителем услуги. Суд установил, что Б. не является исполнителем услуги, договор на оказание услуги по перевозке пассажиров между Б. и пассажирами не заключался[16];

— суд кассационной инстанции отменил обвинительный приговор в отношении Ч. и передал дело на новое рассмотрение, указав, что ни в приговоре, ни в апелляционном постановлении не дана оценка тому, что индивидуальным предпринимателем Ч. не являлся, в судебных решениях не приведено достаточных доказательств того, что перевозка пассажиров Ч. была произведена на возмездной основе[17].

В результате анализа судебных решений выявлена противоречивая практика в связи установлением признаков потерпевшего от преступления, предусмотренного статьей 238 УК. Поскольку в законе речь идет о «потребителе», то некоторые суды, строго толкуя это понятие, исходят из необходимости установления гражданско-правовых договорных отношений между исполнителем услуг и потребителем-потерпевшим.

Так, Л. была осуждена по ст.238 за то, что, будучи инженером ООО «ЖКХ», заключившим Договор управления многоквартирным домом, то есть лицом, ответственным за организацию работ по очистке кровли от снега и наледи, не предприняла должных мер по проверке состояния кровли и допустила образование льда на крыше. В результате произошло падение с крыши наледи с фрагментами бетона на проходящих со стороны проезжей части потерпевших, повлекшее причинение вреда их здоровью. Суд кассационной инстанции отменил обвинительный приговор и оправдал Л, указав, что уголовная ответственность по ст.238 УК РФ наступает, если лицо, оказывающее именно потребителям услуги по поддержанию надлежащего состояния крыш, умышленно, т.е. будучи осведомленным о наличии опасности падения с нее предметов, не принимает меры по устранению недопустимого риска, в результате чего и наступает вред здоровью граждан по неосторожности. При этом из обстоятельств дела следует, что между потерпевшими — случайными прохожими, и управляющей многоквартирным домом ООО «ЖКХ», соответственно, инженером этого ООО — осужденной Л. никаких договорных обязательств по предоставлению услуг как с потребителями не было[18].

По другим делам суды шире толкуют понятие «потребителя» и квалифицируют по статье 238 УК и те случаи, когда в результате эксплуатации тех или иных объектов пострадали люди, не состоявшие в договорных отношениях с обвиняемыми. Например, Г., который являлся директором ООО, был признан виновным в оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни потребителей, повлекшем по неосторожности смерть человека. Возглавляемое Г. юридическое лицо являлось собственником рекламной конструкции, падение которой привело к смерти потерпевшей. Доводы адвоката о том, что Г., как руководитель фирмы, лишь предоставлял рекламные поля юридическим лицам, с физическими лицами не работал, поэтому не нарушал Закон «О защите прав потребителей» не были приняты во внимание. Суд посчитал установленным факт оказания неограниченному кругу лиц услуг в сфере рекламы на основе договорных отношений[19].

Приведенные примеры свидетельствуют о необходимости проведения более точного разграничения между общественными отношениями, охраняемыми положениями статьи 238 УК и связанными с оказанием безопасных услуг потребителям, и общественными отношениями, обеспечивающими безопасность жизни и здоровья граждан при эксплуатации опасных объектов, охраняемыми иными нормами Особенной части УК (ст.ст.109, 118, 216 УК). При этом следует учитывать, что преступление, предусмотренное статьей 238 УК, является умышленным (то есть лицо намеренно совершает действия, создающие реальную угрозу причинения вреда). Если же деяние совершается по неосторожности, то необходима квалификация по статьям о преступлениях против личности либо преступлениях против общественной безопасности, субъективная сторона которых предполагает неосторожную форму вины.

  1. Особо необходимо остановится на вопросе о возможности квалификации по статье 238 УК РФ ненадлежащего оказания медицинской помощи. Для вменения врачу преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ, требуется установить, что были нарушены требования безопасности.

Диспозиция ст. 238 УК РФ является бланкетной. Для установления смысла понятия «требования безопасности» следует обратиться к законодательству иной отраслевой принадлежности. В случае с врачами это прежде всего Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации». Согласно его предписаниям, а также принятым в развитие этого закона постановлению Правительства Российской Федерации от 12 ноября 2012 г. N 1152 «Об утверждении Положения о государственном контроле качества и безопасности медицинской деятельности» и Приказу Министерства здравоохранения РФ от 21 декабря 2012 г. N 1340н
«Об утверждении порядка организации и проведения ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности» безопасность медицинской деятельности включает в себя безопасность условий труда и безопасное применение и эксплуатацию медицинских изделий и их утилизацию (уничтожение). Применительно к ст. 238 УК РФ из перечисленных требований безопасности речь может идти только о безопасном применении и эксплуатации медицинских изделий и их утилизации (уничтожении). Нарушение требований безопасности труда при наличии иных признаков состава преступления квалифицируется по ст. 143 УК РФ, поскольку будет иной объект преступления (безопасность труда).

Если буквально толковать специальный закон и подзаконные акты, то требуется констатировать, что круг обязанностей врача, оказывающего медицинскую помощь, нарушение которых при наличии иных признаков состава преступления подлежит квалификации по ст. 238 УК РФ ограничен только безопасным использованием медицинских изделий. Невыполнение иных профессиональных обязанностей следует квалифицировать по статьям о преступлениях против жизни и здоровья.

В связи с этим следует признать обоснованным постановление оправдательного приговора, когда было предъявлено обвинение по ст. 238 УК РФ, в том числе и по причине отсутствия указания в обвинительном заключении на нарушение конкретных требований безопасности при оказании медицинской помощи, которые нарушил врач (Приговор № 1-481/15 Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга, оставлен без изменения в суде апелляционной инстанции[20]).

На практике нередко слишком широко трактуют требования безопасности при оказании медицинской помощи. При этом исходят не из бланкетности признака, а из общих соображений о безопасности. Это приводит к тому, что любое отклонение от правил оказания медицинской помощи в силу специфики медицинской деятельности (медицинское вмешательство зачастую само по себе создает опасность для здоровья) является нарушением требований безопасности оказания медицинской помощи, которое создает опасность для здоровья и жизни пациента. Такое толкование явно выходит за буквальный смысл законодательства, что приводит к нарушению принципа законности.

В связи с этим видятся спорными судебные решения, в которых по ч. 1 ст. 238 УК РФ были квалифицированы введение внутривенно капельно раствор, содержащий медикамент «Аминазин» в размере не менее 0,2 мл, больному, находящемуся в состоянии алкогольного опьянения, в нарушение «Инструкции по медицинскому применению лекарственного препарата»[21], запоздалое кесарево сечение при родовспоможении[22].

Ненадлежащее оказание медицинской помощи можно квалифицировать по ст. 238 УК РФ только в том случае, когда помимо дефекта оказания медицинской помощи имело место еще и нарушение требований безопасности.

По статье 238 УК РФ за ненадлежащее оказание медицинской помощи должно нести ответственность лицо, принявшее управленческое решение об оказании медицинской помощи в нарушение требований безопасности. Это могут быть должностные лица (главврачи, начмеды, заведующие отделением и др.), лица, выполняющие управленческие функции, не относящиеся к должностным, а также врачи или иные медицинские работники, фактически принимающие решения об оказании услуги, не соответствующей требованиям безопасности. Например, лица, принимающие решение об использовании для вакцинации некачественной вакцины. Лицо, которое не принимает указанного решения и не вносит вклада в его принятие (как организатор, подстрекатель или пособник), а выполняет свою трудовую функцию не может отвечать по ст. 238 УК РФ.

«Антиконкурентные соглашения с участием финансовых организаций»

В составлении отчета принимали участие студенты основной образовательной программы магистратуры «Предпринимательское право» Санкт-Петербургского государственного университета Владимирова Екатерина Дмитриевна и Воскресенская Яна Алексеевна.

Отчет подготовлен под научным руководством Петрова Д.А., доцента кафедры коммерческого права СПбГУ, д.ю.н., доц.

Использовано 52 материала опубликованной правоприменительной практики (список прилагается).

  1. Общие положения

Мониторинг судебной практики проведен на предмет заключения финансовыми организациями соглашений, ограничивающих конкуренцию.

Временной интервал мониторинга составляет 2 (два) года 11 (Одиннадцать) месяцев 15 (Пятнадцать) дней: с «01» января 2017 года по «15» декабря 2017 года.

Географически мониторинг охватывает всю территорию Российской Федерации.

Перед нами были поставлены три цели:

  1. 1. установить особенности правоприменения в рассматриваемой сфере;
  2. 2. вывить проблемы правоприменения в рассматриваемой сфере;
  3. 3. предложить пути решения выявленных проблем.

Для достижения целей сформулированы следующие задачи:

  1. 1. изучить законодательство Российской Федерации в части, регулирующей рассматриваемую сферу общественных отношений;
  2. 2. изучить практику антимонопольных органов по теме мониторинга за 2015-2017гг.;
  3. 3. изучить судебную практику по теме мониторинга по всем регионам Российской Федерации за 2015-2017гг.;
  4. 4. изучить комментарии и обзоры судебной практики по теме мониторинга;
  5. 5. изучить зарубежное законодательство на предмет возможных заимствований;
  6. 6. сформулировать выводы и предложения.

В качестве исходной информации использованы:

  1. 1. решения антимонопольных органов;
  2. 2. судебные решения и обзоры судебной практики;
  3. 3. нормативные правовые акты, действующие в Российской Федерации:
  • Федеральный закон от 26.07.2006 N 135-ФЗ (ред. от 29.07.2017) «О защите конкуренции»;
  • Гражданский кодекс Российской Федерации (все части);
  • Жилищный кодекс Российской Федерации от 29.12.2004 N 188-ФЗ;
  • Федеральный закон от 02.12.1990 N 395-1 «О банках и банковской деятельности»;
  • Закон РФ от 27.11.1992 N 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации»;
    • Федеральный закон от 22.04.1996 N 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг»;
    • Федеральный закон от 07.05.1998 N 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах»;
    • Федеральный закон от 29.10.1998 N 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)»;
    • Федеральный закон от 25.04.2002 N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»;
    • Федеральный закон от 19.07.2007 N 196-ФЗ «О ломбардах»;
    • Федеральный закон от 29.11.2007 N 286-ФЗ «О взаимном страховании»;
    • Федеральный закон от 18.07.2009 N 190-ФЗ «О кредитной кооперации»;
    • Федеральный закон от 02.07.2010 N 151-ФЗ «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях»;
  • Федеральный закон от 07.02.2011 N 7-ФЗ «О клиринге, клиринговой деятельности и центральном контрагенте»;
  • Федеральный закон от 21.11.2011 N 325-ФЗ «Об организованных торгах»;
  • Федеральный закон от 21.12.2013 N 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)»;
  • Постановление Правительства РФ от 30 апреля 2009 г. N 386 «О случаях допустимости соглашений между кредитными и страховыми организациями»;
  • Постановление Правительства РФ от 15.05.2013 N 416 «О порядке осуществления деятельности по управлению многоквартирными домами»;
  • Приказ ФАС России от 28.04.2010 № 220 «Об утверждении порядка проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке»;
  • Письмо ФАС №ИА/58547/16 от 25.08.2016 «О разъяснении отдельных вопросов применения антимонопольного законодательства к отношениям с участием информационно-расчетных центров (расчетно-кассовых центров)»
  • Положение о правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (утв. Банком России 19.09.2014 N 431-П) (Зарегистрировано в Минюсте России 01.10.2014 N 34204);
  • Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.01.2015 N 2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»;
  • Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 №146 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с применением к банкам административной ответственности за нарушение законодательства о защите прав потребителей при заключении кредитных договоров».
  1. Аналитическая часть

Под антиконкурентным соглашением законодатель понимает договоренность в письменной форме, содержащуюся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме (пункт 18 статьи 4 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции»).

Между тем сейчас все больше соглашений, ограничивающих конкуренцию, заключаются посредством применения цифровых технологий (аукционных и (или) ценовых роботов) (Решение Хакасского УФАС России от 12.12.2017 по делу № 23-А-17).

Устная и письменная формы договоренностей, оставаясь основными, уже не являются единственными способами заключения антиконкурентного соглашения. Учитывая это, нами предлагается расширить понятие соглашения и, следовательно, сферу действия Закона о защите конкуренции, дополнив пункт 18 статьи 4 Закона случаями достижения договоренности между хозяйствующими субъектами посредством обмена электронными документами или посредством применения цифровых технологий. Возможный вариант редакции пункта:

«18) соглашение — договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах; договоренность в устной форме; а также договоренность, достигнутая посредством обмена электронными документами или посредством применения цифровых технологий».

В совокупности нами было проанализировано 52 дела о заключении антиконкурентных соглашений: 3 решения антимонопольного органа и 49 решений арбитражных судов различных регионов и инстанций. Из них 49 связаны с нарушением статьи 11 Закона о защите конкуренции, 2 – статьи 16 Закона, 1 – статьи 16 Закона о защите прав потребителей.

При этом было признано наличие антиконкурентных соглашений в 46 делах, в 5 случаях решение УФАС отменили, а в одном – суд ограничился рассмотрением дела только с точки зрения закона о защите прав потребителей.

Динамику рассмотрения дел на заданном временном интервале можно проследить на графике:

Подавляющее большинство антиконкурентных соглашений было заключено с участием страховых организаций (29), на втором месте – кредитные организации (12), редко встречаются дела (7), где стороной соглашения выступают микрофинансовые или лизинговые компании, управляющие компании инвестиционных фондов.

Третье место по распространенности занимают антиконкурентные соглашения с участием расчетно-кассовых центров. Это особый случай, и он интересен сам по себе.

Понятие финансовой организации раскрывается в пункте 6 статьи 4 Закона о защите конкуренции, в силу которого для признания организации таковой необходимо наличие следующих двух признаков в совокупности:

  1. 1. организация должна быть хозяйствующим субъектом;
  2. 2. организация должна оказывать финансовые услуги.

Расчетно-кассовые центры (далее – РКЦ) удовлетворяют обоим условиям, однако в пункте 6 статьи 4 Закона о защите конкуренции в закрытом перечне видов финансовых организаций не упоминаются. На наш взгляд, создается ситуация неопределенности правового статуса таких организаций.

Между тем, за последние 3 (три) года количество случаев заключения соглашений, ограничивающих конкуренцию, с участием РКЦ увеличилось, особенно в Воронежской и Смоленской областях, что, наш взгляд, является основанием для расширения перечня финансовых организаций в смысле Закона о защите конкуренции.

Во всех рассмотренных нами делах этой категории управляющие компании по управлению многоквартирными домами (далее – МКД) заключали с РКЦ договоры, изменяющие порядок оплаты для собственников помещений в МКД. Назывались они по-разному: агентские договоры по расчетно-кассовому обслуживанию (Решение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10 июня 2017г. по делу №А56-85187/2016), соглашения о сотрудничестве, договоры обеспечения информационного и технологического взаимодействия по расчетам с собственниками и нанимателями жилых помещений и поставщиками коммунального ресурса и др.

При рассмотрении таких дел необходимо учитывать следующее.

Сам факт заключения соглашения между УК и РКЦ еще не свидетельствует о наличии договоренности между ними. Для признания нарушения антимонопольного законодательства необходимо установить наличие иных фактических обстоятельств, т.е. важна совокупность. Так ФАС еще раз подтверждает свой тезис, закрепленный в Разъяснении Президиума ФАС России №3 от 17.02.2016 года, о том, что нарушения могут доказываться как прямыми доказательствами, так и совокупностью косвенных доказательств.

В делах с участием РКЦ антимонопольные органы и суды обращают внимание на следующие обстоятельства:

1) Что прописано в Договоре управления МКД относительно формы оплаты: согласована ли возможность оплаты через РКЦ? Смотрят также наличие протокола общего собрания собственников помещений по этому вопросу.

В решении Арбитражного суда Смоленской области от 28 октября 2015г. по делу №А62-5249/2015 отмечено, что нормы права призваны обеспечить осведомленность собственников помещений в многоквартирных домах о полномочиях лица, в адрес которого осуществляется внесение платы за коммунальные услуги. При этом в силу положений пункта 7.1 статьи 155 Жилищного кодекса РФ, пункта 64 Правил № 354, пункта 27 Правил, обязательных при заключении договоров снабжения коммунальными ресурсами, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 14.02.2012 №124, включение такого лица в систему расчетов возможно исключительно по воле собственников, решение которых имеет приоритетное значение.

2) На какой счет перечисляются денежные средства? Антимонопольные органы и суды признают отсутствие договоренности между хозяйствующими субъектами, если денежные средства поступают либо на расчетный счет управляющей компании; либо на расчетный счет ресурсоснабжающей организации; либо на специальный расчетный счет РКЦ. В последнем случае денежные средства учитываются обособленно от собственных средств РКЦ.

В решении Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10 июня 2017г. по делу №А56-85187/2016 поступающие от собственников денежные средства являлись собственностью ООО «УК ЖКХ» и учитывались РКЦ обособленно от собственных средств, чтобы было принято судом во внимание при вынесении решения об отказе в удовлетворении требований о признании недействительным решения УФАС по Ленинградской области.

Напротив, в решении Арбитражного суда Воронежской области от 8 августа 2016г. по делу №А14-5406/2016, денежные средства поступали на счет ООО «РЦ «Город», что справедливо оценил как доказательство в пользу наличия договоренности между хозяйствующими субъектами.

3) От чьего имени выступает РКЦ?

В вышеобозначенном решении Арбитражного суда Воронежской области при осуществлении сбора денежных средств на свой расчетный счет ООО «РЦ «Город» выступало от своего имени, что, по мнению суда и антимонопольного органа, свидетельствует о наличии договоренности.

4) Существуют ли у собственников помещений МКД альтернативы в отношении способа оплаты? Для ответа на этот вопрос смотрят, какие реквизиты указаны в платежном поручении, выставленном потребителю.

Арбитражным судом Санкт-Петербурга и Ленинградской области в решении по делу №А56-85187/2016 от 10 июня 2017г. установлено, что привлечение АО «ЕИРЦ ЛО» для участия в осуществлении расчетов между ООО «УК ЖКХ» и собственниками помещений в многоквартирных жилых домах не привело к навязыванию последним способа внесения денежных средств исключительно на банковский счет АО «ЕИРЦ ЛО», поскольку сохранился способ оплаты непосредственно на счет управляющей организации как через кассу управляющей организации, так и через платежных агентов (банковские организации, отделения ФГУП «Почты России», терминалы).

Таким образом, при сохранении за потребителем права отказаться от оплаты через РКЦ и выбрать другой вариант (например, при указании в платежном поручении наряду с реквизитами РКЦ реквизитов УК или ресурсоснабжающей организации), признаки заключения антиконкурентного соглашения отсутствуют.

Также по этой категории дел следует учитывать, что у антимонопольного органа отсутствуют полномочия по рассмотрению нарушений жилищного, гражданского законодательства, а также споров, связанных с защитой прав потребителя, если при этом не нарушаются запреты, установленные антимонопольным законодательством (Письмо ФАС №ИА/58547/16 от 25.08.2016 «О разъяснении отдельных вопросов применения антимонопольного законодательства к отношениям с участием информационно-расчетных центров (расчетно-кассовых центров)».

Кроме того, во всех случаях антимонопольным органом должен быть проведен соответствующий анализ состояния конкуренции на товарном рынке в порядке, предусмотренном ч. 5.1 ст. 45 Закона «О защите конкуренции» и Приказом ФАС России от 28.04.2010 N 220 (ред. от 23.11.2015) «Об утверждении Порядка проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке» (зарегистрирован в Минюсте России 02.08.2010 N 18026).

Антимонопольным органом должны быть приведены факты и доказательства, свидетельствующие о негативном влиянии действий ответчиков на конкурентную среду, подтверждающие наступление последствий или реальную возможность такого наступления в виде ограничения конкуренции, а также факт навязывания. При этом здесь навязывание предполагает ситуацию, при которой хозяйствующим субъектом в отношениях с контрагентами предлагается модель взаимодействия, выгодная для хозяйствующего субъекта и невыгодная для контрагентов, и хозяйствующий субъект отказывается от взаимодействия на иных условиях.

В ходе мониторинга было выявлено несколько товарных рынков, на которых наиболее часто заключаются антиконкурентные соглашения с участием финансовых организаций, это:

— рынок услуг по управлению многоквартирными жилыми домами;

— рынок оказания услуг по обязательному страхованию гражданской ответственности владельцев транспортных средств (рынок ОСАГО);

— рынок кредитования физических лиц;

— рынок оказания услуг по добровольному страхованию жизни и здоровья;

— рынок оценочных услуг;

— рынок оказания услуг технического осмотра транспортных средств;

— рынок страхования по договору лизинга.

Следует отметить, что, как правило, эти рынки являются смежными между собой в контексте обстоятельств рассматриваемого дела: например, рынок кредитования физических лиц и рынок оказания услуг по добровольному страхованию жизни и здоровья при рассмотрении дел о предоставлении потребительского кредита; рынок ОСАГО и рынок оказания услуг по добровольному страхованию жизни и здоровья или рынок оказания услуг технического осмотра транспортных средств.

В сфере кредитования физических лиц квалификация действий хозяйствующего субъекта, нарушившего антимонопольное законодательство, проводится по пункту 1 части 4 статьи 11 Закона о защите конкуренции (заключение антиконкурентного соглашения о навязывании контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора). Антиконкурентное соглашение заключается между кредитными организациями или микрофинансовыми организациями, с одной стороны, и страховыми организациями, с другой.

При рассмотрении данной категории дел следует учитывать, что при заключении договора потребительского кредита банк вправе требовать у потребителя заключения договора страхования лишь в одном случае: когда договор кредита сопровождается передачей в залог банку имущества, чего в большинстве случаев не происходит.

Между тем, банки и микрофинансовые организации нарушают это правило и навязывают потребителю заключение договоров добровольного страхования наряду с предоставлением потребительского кредита практически повсеместно. В результате этих действий нарушаются права и законные интересы потребителей, создаются препятствия к доступу на товарный рынок других хозяйствующих субъектов.

При рассмотрении Арбитражным судом Ростовской области дела №А53-2686/2017 было установлено, что в заполненной гражданином Д. анкете на предоставление потребительского кредита содержатся положения, предусматривающие заключение заемщиком в рамках оформления кредита договора страхования от несчастных случаев и болезней.

Первая страница анкеты заемщика включает в себя следующие строки в графе «название тарифов и условий»:

индивидуальное страхование от несчастных случаев и болезней:

Популярное:

  • Как узнать свой расчетный счет в рнкб Номер счета карты. Как узнать номер счета банковской карты В соответствии с Положениями Банка России от 16 июля 2012 г. N 385-П "О правилах ведения бухгалтерского учета в кредитных организациях, расположенных на территории РФ" и от 09 апреля 1998 г. № 23-П "О порядке эмиссии кредитными […]
  • Реквизиты мировой суд ангарск Реквизиты мировой суд ангарск Пастухова Марина Леонидовна помощник мирового судьи Пчельникова Вероника Леонидовна Телефон: 8 (3955) 69-45-05 секретарь судебного заседания Голобокова Екатерина Валерьевна Телефон: 8 (3955) 69-45-05 секретарь судебного участка Аксенова Валентина […]
  • Мировой суд алатырь Мировой суд алатырь Юрисдикция Алатырского районного суда Чувашской Республики распространяется на территорию г.Алатырь и Алатырского района Чувашской Республики График работы суда с 08 00 до 17 00 с 12 00 до 13 00 выходные суббота, воскресенье ПРИЕМ ГРАЖДАН, ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ ОРГАНИЗАЦИЙ […]
  • Суд вологда развод заявление Суд вологда развод заявление понедельник-четверг:с 8.30 до 17.30 ГРАФИК РАБОТЫ ПРИЁМНОЙ СУДА: понедельник-четверг:с 8.30 до 17.30 суббота, воскресенье:выходные дни Добрый день! По расписке Кустов Алексей Сергеевич из Сосновки, Вологодский р-н, Вологодская обл., должен сумму 6631 руб. ИП […]
  • Воинская часть 2534 ФОРУМ.ПОГРАНИЧНИК в/ч 2534, Чунджа, дети офицеров Vladislove 09 Feb 2007 путилин 16 Aug 2007 yur-sili62 22 Mar 2008 Романов Андрей 12 Apr 2008 Пжта отзовитесь все те кто служил в в/ч 2534 с 1980 - 1991гг. Мой отец (майор Цой/МОШСС, если кто его помнит напишите что-нибудь или про […]
  • Форма заявления на алименты после 18 лет Бизнес портал Продолжая серию статей об алиментах в Украине выкладываем образцы документов на украинском языке. Образец иска о взыскании алиментов на содержание ребёнка на период его обучения (после 18 лет) Ріпкинському районному суду Чернігівської області Позивач: Титаренко Галина […]