Проверка следствия. Продлить арест станет сложнее.

12 октября 2017 года

28 сентября 2017 года

13 июля 2017 года

20 июня 2017 года

28 апреля 2017 года

23 апреля 2017 года

22 марта 2017 года

21 марта 2017 года

29 декабря 2016 года

5 декабря 2016 года

18 ноября 2016 года

17 ноября 2016 года

11 ноября 2016 года

5 ноября 2016 года

3 ноября 2016 года

25 июля 2016 года

06 июня 2016 года

31 мая 2016 года

26 мая 2016 года

20 марта 2016 года

18 декабря 2015 года

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ПРИ ДОКАЗЫВАНИИ ПОКАЗАНИЙ АНОНИМНЫХ СВИДЕТЕЛЕЙ

По уголовным делам связанных с незаконным оборотом наркотических средств и пс ихотропных веществ, в решающей степени при доказывании, правоохранительными органами часто используются анонимные или «засекреченные» свидетели, данные о личности которых оставлены в тайне якобы с целью обеспечения их безопасности, и без какого-либо достоверного подтверждения наличия реальных угроз и необходимости их защиты.

Участие свидетеля под псевдонимом в уголовном деле предусмотрено действующим законодательством и регламентируется ст.11, ч.9 ст.166, п.4 ч.2 ст.241, ч.5 ст.278 УПК РФ, а также на нормах ФЗ №119-ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства», который содержит перечень оснований для применения мер безопасности в отношении свидетелей и потерпевших.

Вместе с тем, в Российской следственной и судебной практике, сохранение в тайне данных о личности анонимных свидетелей выступающих на стороне обвинения, применение к ним «мер безопасности», осуществляется с целью дачи такими свидетелями ложных показаний и формального сокрытия от стороны защиты их подлинных данных для ограничения возможности по оспариванию достоверности данных ими показаний, и как следствие уход анонимных свидетелей от уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Как показывает практика, в подавляющем большинстве случаев, анонимные свидетели сами находятся в зависимом положении от сотрудников правоохранительных органов, которые ими умело манипулируют.

В соответствии с ч.3 ст.11 УПК РФ, при наличии достаточных данных о том, что потерпевшему, свидетелю или иным участникам уголовного судопроизводства, а также их близким родственникам, родственникам или близким лицам угрожают убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением их имущества либо иными опасными противоправными деяниями, суд, прокурор, руководитель следственного органа, следователь, орган дознания, начальник органа дознания, начальник подразделения дознания и дознаватель принимают в пределах своей компетенции в отношении указанных лиц меры безопасности.

Таким образом, основанием для применения мер безопасности к свидетелю, оставлении его подлинных данных о личности в тайне, является наличие конкретных данных о поступавших в его или его родственников адрес угроз противоправных действий в связи с уголовным делом.

В соответствии с ч. 5 ст. 278 УПК РФ допрос свидетеля под псевдонимом производится судом без оглашения подлинных сведений о личности свидетеля и в условиях, исключающих визуальное наблюдение свидетеля другими участниками уголовного процесса, о чем суд выносит определение или постановление.

Так, суд предпринимает меры для обеспечения возможности сторонам задать вопросы анонимному свидетелю без раскрытия его подлинных данных о личности.

На практике, в судебном заседании, такой свидетель находится в отдельном помещении в здании суда и общается со сторонами процесса и судом по радио связи, либо находится в соседнем кабинете, и его голос слышно сторонам.

Перед допросом свидетеля, судья вскрывает конверт содержащий подлинные данные о личности свидетеля, проходит в помещение где находится свидетель и удостоверяется в его личности.

При допросе свидетеля обвинения засекреченного под псевдонимом судья должен снимать вопросы, направленные на раскрытие личности допрашиваемого.

Вместе с тем, допрос анонимного свидетеля по радиосвязи вызывает наибольшие сомнения в достоверности его показаний, во-первых сторона защиты не может убедится в том, что при допросе свидетеля рядом с ним не находятся другие заинтересованные лица (сотрудники полиции или прокуратуры) которые подсказывают ему какие показания необходимо давать. Сторона защиты не имеет возможности удостоверится в отсутствии у свидетеля других технических средств связи, по-которым он может получать инструкции от заинтересованных лиц о содержании даваемых показаний.

Кроме того, свидетелю разъясняется судом, что его подлинные данные могут быть раскрыты сторонам по решению суда в стадии судебного разбирательства на основании ч. 6 ст. 278 УПК РФ. На практике, случаи раскрытия подлинных данных анонимного свидетеля единичны, судьи и прокуроры очень неохотно идут на это, так как обладая подлинными данными свидетеля, сторона защиты может попытаться оспорить его показания и разрушить версию стороны обвинения.

В судебном заседании допрос таких свидетелей часто выглядит как театральное представление, потому-что подсудимые, обращаясь к анонимным свидетелям с вопросами, называют их настоящие имена и указывают суду их подлинные данные о личности. Анонимные свидетели в свою очередь, не отрицают данных фактов, но и не дают своего формального согласия на разглашение в суде их подлинных данных.

Таким образом, юридически, подлинные данные о личности анонимного свидетеля нельзя связать со свидетелем под псевдонимом допрошенным в суде, без его официального рассекречивания судом. При этом складывается ситуация, когда сторона защиты фактически обладая подлинными данными о личности анонимного свидетеля, пытается представить суду доказательства о его возможной заинтересованности или не искренности, ссылаясь на его подлинные данные, но получает отказ суда и невероятное сопротивление прокурора в приобщении данных доказательств, на основании того, что личность свидетеля не рассекречена и представленные защитой доказательства не имеют отношения к анонимному свидетеля.

Необходимо отметить, что принимая такое решение суды и прокуроры, точно знают личность анонимного свидетеля и несмотря на подлинность утверждений стороны защиты, отказывают в его рассекречивании, в поддержку стороны обвинения.

Исходя из изложенного, — задача рассекретить подлинные данные о личности свидетеля, на практике в большинстве случаев, не достижима.

В соответствии с позицией Европейского суда по правам человека, п. 1 и подп. «d» п. 3 ст. 6 Конвенции требуют, чтобы трудности защиты в достаточной мере уравновешивались судебной процедурой, а обвинительный приговор не должен основываться единственно или в решающей степени на анонимных утверждениях.

Согласно постановлению ЕСПЧ «Ван Мехелен и другие против Нидерландов», как следует из материалов дела, офицеры полиции, являвшиеся анонимными свидетелями по делу, допрашивались следователем в отдельной комнате, куда обвиняемые и их защитник не имели доступа. Общение производилось по звуковому проводу. Защита не знала личности свидетелей, была лишена возможности следить за их поведением, как это было бы при прямом допросе, а значит, проверить надежность этих показаний. ЕСПЧ указал, что если необходимо применение мер безопасности в целях защиты жизни и здоровья свидетелей, то желательно, чтобы применялся такой порядок допроса, который позволял бы минимизировать ограничение прав стороны защиты. Достаточной судебной процедурой, уравновешивающей анонимность допроса свидетеля, является его заслушивание в присутствии не только обвинителя, но и адвоката, который имеет возможность наблюдать и оценить поведение свидетеля во время допроса.

Так, согласно позиции ЕСПЧ, показания анонимного свидетеля могут быть положены в основу обвинительного приговора, если только эти показания были получены в результате допроса свидетеля перед независимым и беспристрастным судом с участием сторон при соблюдении состязательности процесса. Судье должна быть полностью известна личность свидетеля; обвиняемому и его защитнику она может не сообщаться, однако в любом случае защита должна иметь возможность присутствовать при допросе свидетеля на условиях, позволяющих наблюдать за поведением допрашиваемого и задавать ему вопросы (вопросы, ответы на которые могут раскрыть личность свидетеля, судья вправе отвести). В то же время Суд допускает, чтобы при допросе свидетеля присутствовал только защитник обвиняемого, если устранение обвиняемого от участия в допросе необходимо в целях защиты свидетеля.

Кроме того, предоставление свидетелям анонимности должно иметь достаточное обоснование. В связи с этим одна только тяжесть инкриминируемого обвиняемому преступления не может считаться достаточным основанием для принятия такого решения.

Таким образом, суду должны быть представлены фактические данные свидетельствующие о необходимости защиты анонимного свидетеля.

В постановлении по делу «Доорсон против Нидерландов» ЕСПЧ определил, что «принципы справедливого суда требуют того, чтобы в соответствующих случаях существовал баланс между интересами защиты и интересами свидетелей или жертв, вызванных для дачи показаний, поэтому обвинительный приговор не должен основываться только или в решающей степени на анонимных утверждениях».

Однако, национальными судами далеко не всегда учитывается позиция ЕСПЧ при рассмотрении уголовных дел.

Так, исходя из сложившейся судебной практики, при оспаривании показаний анонимных свидетелей, необходимо ссылаться на позиции ЕСПЧ в национальных судах, а в дальнейшем обжаловать решения национальных судов в ЕСПЧ.

Подробная информация собрана в следующих статьях:

АДВОКАТСКИЕ ТАЙНЫ

Адвокатские тайны ౹ Алексей Колегов ౹ Адвокат Колегов

Засекреченный свидетель

На сегодняшний день проверочная закупка является одним из основных и наиболее распространенных оперативно-розыскных мероприятий, направленных на выявление фактов сбыта объектов, изъятых из гражданского оборота (оружия, боеприпасов, наркотиков и др.), документирование преступной деятельности и задержание лиц, причастных к ней, с поличным.

Положительный опыт проверочной закупки наркотических средств и использования полученных результатов в доказывании по уголовным делам, равно как и ошибки при ее проведении, неоднократно были предметом внимания многих авторов [1] .

Не смотря на это, изучение практики свидетельствует о том, что до сих пор еще не все следователи, расследующие уголовные дела данной категории, и судьи, рассматривающие такие дела, способны правильно оценивать и использовать в доказывании результаты данного оперативно-розыскного мероприятия.

В качестве подтверждения данного вывода приведем следующий пример.

Не так давно в одном из судов г. Тюмени рассматривалось уголовное дело по обвинению гражданина А. в покушении на не законный сбыт наркотического средства «героин» в крупном размере [2]. Анализ материалов уголовного дела, хода и результатов его судебного рассмотрения позволил автору обозначить несколько проблем касающихся рассматриваемой темы.

Первая проблема касается обеспечения безопасности свидетелей с одной стороны, и гарантий прав на защиту обвиняемых с другой.

Так, в ходе расследования рассматриваемого уголовного дела следователь вынес постановление о «засекречивании» свидетеля С., который в ходе проверочной закупки выступал в качестве «покупателя» наркотиков, т.е. в соответствии с ч. 3 ст.11 и ч. 9 ст. 166 УПК РФ данный свидетель принимал участие в процессе «под псевдонимом».

В связи с этим примечательны два обстоятельства, с которыми столкнулась сторона защиты в ходе расследования и судебного разбирательства дела.

Первое обстоятельство касается предъявления обвиняемого А. для опознания свидетелю С. Дело в том, что следователь, пытаясь сохранить в тайне личность свидетеля, в соответствии с ч. 8 ст. 193 УПК РФ принял решение о проведении следственного действия в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым. Защитнику обвиняемого было предложено занять место в помещении, где находился последний. Однако, поскольку ст. 193 УПК РФ не разъясняет, где должен находится защитник во время проведения предъявления для опознания в указанных выше условиях (явный пробел в действующем УПК), а также в виду необходимости оценки законности действий следователя со стороны защитника, следователь уступил требованию адвоката о его нахождении во время проведения следственного действия в помещении, где находился опознающий.

Можно ли говорить о том, что после этого сведения о личности свидетеля С. остались тайной для стороны защиты? Думается, что нет.

Следующий момент, на который следует обратить внимание.

В ходе предварительного следствия и судебного разбирательства «покупатель» наркотиков С. утверждал, что во время проверочной закупки он находился в состоянии наркотического опьянения. Данный факт подтвердили и другие свидетели (граждане которые по просьбе оперативных сотрудников участвовали в проверочной закупке).

В связи с этим обстоятельством в ходе судебного заседания подсудимый А. и его защитник в соответствии с ч. 6 ст. 278 УПК РФ заявили обоснованное ходатайство о раскрытии подлинных сведений о свидетеле С. Данное ходатайство было сопряжено с другим ходатайством о назначении в отношении данного свидетеля комплексной медико-наркологической и психолого-психиатрической экспертизы с целью разрешения вопроса о его способности в связи с психическим состоянием во время проведения оперативно-розыскных мероприятий и участия в следственных действиях правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать о них показания.

Кроме того, раскрытие подлинных сведений о свидетеле, выступающем по делу под псевдонимом, по мнению стороны защиты, было необходимо для правильной постановки вопросов данному свидетелю с целью получения ответов, имеющих значение для принятия законного и обоснованного решения по делу.

На вопрос судьи, желает ли свидетель С. раскрыть свои подлинные данные, последний ответил, что не желает, поскольку он «боится подсудимого». Каких-либо либо конкретных обстоятельств своих опасений свидетель назвать не смог.

Вместе с тем, судья, мотивируя свое решение соображениями безопасности свидетеля, в удовлетворении ходатайства стороне защиты отказал.

Полагаем, что судья был не прав, по следующим причинам.

Во-первых, ст. 11 Уголовно-процессуального кодекса РФ говорит о том, что меры безопасности, предусмотренные настоящим Кодексом по отношению к участникам уголовного судопроизводства, применяются лишь тогда, когда имеются достаточные данные о том, что им, их близким родственникам, родственникам или близким лицам угрожают убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением их имущества либо иными опасными противоправными деяниями.

В соответствии с ч.1 ст.16 Федерального закона от 20 августа 2004 г. № 119-ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства»[3] основаниями применения мер безопасности также являются данные о наличии реальной угрозы убийства защищаемого лица, насилия над ним, уничтожения или повреждения его имущества в связи с участием в уголовном судопроизводстве, установленные органом, принимающим решение об осуществлении государственной защиты.

Указание в данных нормах законов на «наличие достаточных данных» означает, что в материалах уголовного дела должны содержаться конкретные доказательства того, что в отношении участника уголовного судопроизводства поступали такие угрозы. Соответствующие сведения могут содержаться в показаниях участников уголовного судопроизводства, вещественных доказательствах, протоколах следственных и судебных действий, иных документы (например, в записках, содержащих угрозы). Сведения о наличии угроз могут быть получены и в результате оперативно-розыскных мероприятий, которые с целью их использования в уголовном процессе оформляются рапортом.

Кроме того, согласно ч.2 ст.16 Федерального закона «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» меры безопасности применяются на основании письменного заявления защищаемого лица или с его согласия, выраженного в письменной форме.

В материалах рассматриваемого уголовного дела не было не только данных о какой-либо угрозе свидетелю со стороны обвиняемого либо других лиц, но и его заявления или письменного согласия о применении по отношении к нему мер безопасности.

Вторая проблема, которая была выявлена при изучении рассматриваемого уголовного дела, касается охраны сведений, относящихся к государственной тайны в обрасти оперативно-розыскной деятельности.

Проверочные закупки, по результатам которых было возбуждено уголовное дело в отношении А., и те, которые проводились в рамках расследования дела, осуществлялись в тайне от него самого и окружающих, т.е. проводились негласно, в секретном режиме.

Согласно ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности»[4] и ст.5 Закона РФ от 21 июля 1993 г. № 5485-1 «О государственной тайне»[5] данные об используемых или использованных при проведении негласных оперативно-розыскных мероприятий силах, средствах, источниках, методах, планах и результатах оперативно-розыскной деятельности, а также организации и тактике проведения оперативно-розыскных мероприятий относятся к сведениям, составляющим государственную тайну.

Указанные сведения подлежат рассекречиванию только на основании постановления руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность.

В данном случае суд, рассматривая дело, не принял во внимание, что постановления о рассекречивании сведений, касающихся проведения проверочных закупок в отношении А., вынесено не было.

В связи с этим, фактически секретные сведения об организации, тактике и результатах проверочных закупок стали достоянием лиц, которые не имели допуска к сведениям, составляющим государственную тайну (обвиняемого, судьи, государственного обвинителя, секретаря судебного заседания, защитника). Кроме того, среди граждан, которые находились в зале судебного заседания в качестве сторонних наблюдателей, могли быть не выявленные в ходе расследования соучастники преступлений, совершенных обвиняемым, а также другие лица, так или иначе причастные к незаконному обороту наркотических средств.

Стоит ли после этого удивляться тому, что многим преступникам досконально известны те негласные приемы, которые оперативные сотрудники применяют в своей повседневной деятельности? Не полученные ли таким путем знания позволяют преступникам изобретать все новые способы противодействия расследованию преступлений?

По всей видимости, необходимо согласиться с О.А. Школьником, который полагает, что действия, связанные с разглашением сведений, составляющих государственную тайну, лицом, которому она была доверена по службе, а именно руководителем оперативного органа путем передачи такого материала без рассмотрения вопроса о возможности снятия с них грифа «Секретно» и вынесения соответствующего Постановления об их рассекречивании, принимая во внимание, что оглашенные сведения, таким образом, становятся достоянием других лиц, не допущенных к государственной тайне, образуют состав преступления, предусмотренный статьей 283 УК РФ – «Разглашение государственной тайны»[6] .

И, наконец, третья проблема заключается в уголовно-правовой оценке действий оперативных сотрудников и лица, осуществлявшего по их поручению закупку наркотического средства.

Как следовало из материалов уголовного дела, по отношению к обвиняемому А. было осуществлено четыре проверочных закупки, проведенных при содействии одного и того же «покупателя» наркотических средств свидетеля С.

Поскольку, как полагал следователь, С. после приобретения у обвиняемого наркотического средства добровольно сдавал его оперативным сотрудникам, а также активно способствовал изобличению А., в отношении данного свидетеля было вынесено постановление о прекращении уголовного преследования. Таким образом, основанием для вынесения данного постановления явилось Примечание 1 к ст. 228 УК РФ.

Вместе с тем, как следовало из содержания «Актов вручения денежных средств», а также из показаний как самого «покупателя» С., так и других свидетелей, оперативные сотрудники каждый раз передавали «покупателю» деньги на приобретение 2 граммов наркотического средства. Однако из «Протоколов добровольной сдачи» приобретенного С. героина следовало, что оперативные сотрудники каждый раз принимали от него такого средства вдвое меньше.

В ходе допроса «покупателя» в суде на вопрос защитника подсудимого, куда делась остальная часть приобретенного наркотического средства, данный свидетель пояснил, что недостающий героин он каждый раз «употреблял внутривенно» до того, как передать оставшуюся часть оперативным сотрудникам. По его словам, его действия заранее были согласованы с оперативными сотрудниками, поскольку употребление части приобретенного наркотика было основным условием его сотрудничества с ними.

Допрошенные в суде в качестве свидетелей оперативные сотрудники, являвшиеся организаторами проведения проверочных закупок, также подтвердили, что между ними и «покупателем» действительно существовала договоренность о том, что взамен за оказанное содействие в изобличении А. часть приобретенного героина «покупатель» может употребить в своих личных целях.

В связи с этим, как представляется, перед судом, наряду с установлением факта доказанности вины подсудимого в покушении на сбыт наркотиков, одновременно должна была стоять задача дать надлежащую оценку действиям как оперативных сотрудников, являвшихся организаторами проверочных закупок, так и оказывавшего им содействие «покупателя» С., с тем, чтобы разрешить следующие вопросы.

На каком основании в отношении свидетеля С., выступавшего по поручению оперативных сотрудников в качестве «покупателя», было прекращено уголовное преследование? Мало того, что он изначально имел статус свидетеля по уголовному делу, а поэтому его на самом деле никто не «преследовал», но, как указано выше, часть приобретенного героина он употребил в своих целях «внутривенно», т.е. добровольно его не сдал?

Как следует оценивать действия оперативных сотрудников, организовавших проверочные закупки с участием вышеуказанного «покупателя», которые, по сути, вступив в предварительный сговор с ним, явились соучастниками незаконного приобретения наркотических средств с целью употребления в личных целях указанным лицом?

К сожалению, приходиться констатировать, что ответов на эти вопросы в приговоре суд не дал.

Таким образом, расследование и судебное разбирательство рассматриваемого уголовного дела еще раз показало, что некоторые следователи, а затем и судьи, не всегда дают надлежащую оценку действиям оперативных сотрудников, осуществляющих проверочные закупки наркотических средств, и лиц им содействующих, используя в качестве доказательств результаты оперативно-розыскной деятельности, полученные с нарушением федеральных законов.

Вместе с тем, игнорирование отмеченных недостатков в оценке и использовании результатов проверочных закупок при расследовании преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков, приводит лишь к существенному нарушению прав обвиняемых, но не способствует надлежащей борьбе с наркоторговлей.

Рассекречивание свидетелей

Спрашивает Наталья В
(добровольная сдача, анонимные свидетели, понятые)
Здравствуйте. Скажите пожалуйста, Является ли добровольной выдачей
если перед обыском ОП спросил у обвиняемого есть ли запрещённые
предметы такие как наркотические средства, на что обвиняемый ответил
что есть и выдал наркотические средства?
Можно ли проверить действительно ли поступала информация от
засекреченных лиц?
Какой закон говорит об использовании понятых при ОРД ?

Отвечает завпунктом:
Здравствуйте. Выдача наркотиков при задержании не считается их добровольной сдачей (примечание 1 к статье 228 УК). Поэтому добровольной сдачи фактически не существует. Но сам факт добровольной выдачи наркотиков при задержании учитывается судом наряду с другими обстоятельствами.
По поводу анонимных свидетелей. Обвиняемый и его защитник вправе заявить в суде ходатайство об ознакомлении. Согласно части 6 статьи 278 УПК в случае заявления сторонами (по смыслу — одной из сторон, защитой или обвинением) обоснованного ходатайства о раскрытии подлинных сведений о лице, дающем показания, либо для «установления каких-либо существенных для рассмотрения уголовного дела обстоятельств» (в том числе это могут быть сведения об обстоятельствах ОРД) суд вправе (но не обязан) предоставить возможность ознакомления с такими сведениями. На стадии обжалования это практически невозможно. Но если дело будет передано на новое рассмотрение — тогда да, можно заявить.
О понятых. По закону об ОРД участие в ОРМ понятых не предусмотрено как обязательное. На практике это не понятые,а «незаитересованные лица», приглашаемые для удостоверения каких-либо обстоятельств. Например, при проверочной закупке. Из этого следует, что если велась видеосъемка и на ней действительно чего-нибудь видно, то суд может согласиться и с отсутствием таких лиц и с тем, что их незаинтересованность сомнительна. Настоящие понятые, по закону, должны быть при обыске и других следственных действиях, но не при ОРМ. Хотя наличие настоящих понятых при ОРМ увеличивает достоверность информации, а если они ненастоящие и нет видеозаписи — то, конечно, можно многое ставить под сомнение.
06.03.2018

Спрашивает Виктор
(анонимный свидетель)
Дело в том что меня обвиняют в том что я не совершал подослали засекреченного сведетеля который дает ложные покозания против меня а я его даже не вижу и не знаю его настоящего имени так все изменено подскажите как добиться вызова его в суд чтобы предьявить ему ложные покпзания да и к стате он бывший или даже еще дейстауйщий милиционер

Отвечает завпунктом:
Здравствуйте. Сотрудника полиции не возбраняется участвовать в ОРМ, в том числе в проведении проверочной закупки, в качестве закупщика, по решению руководства ОВД.
Вы можете заявлять ходатайства о рассекречивании анонимного свидетеля. Мотивировать такое ходатайство (лучше в письменном виде, для приобщения к делу) нужно прежде всего тем, что Вы по сути лишены права опровергнуть ложные показания (если они ложные). А право обвиняемого допрашивать свидетельствующих против него — одна из основных процессуальных гарантий. Это право прямо закреплено в статье 6 Конвенции по защите прав человека и основных свобод. Да, закон — УПК РФ — допускает анонимность свидетеля, но это должно быть обусловлено реальной угрозой жизни и здоровью такого свидетеля и/или его семьи. В части 3 статьи 11 УПК по этому поводу сказано: «При наличии достаточных данных о том, что потерпевшему, свидетелю или иным участникам уголовного судопроизводства, а также их близким родственникам, родственникам или близким лицам угрожают убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением их имущества либо иными опасными противоправными деяниями, суд, прокурор, руководитель следственного органа, следователь, орган дознания, начальник органа дознания, начальник подразделения дознания и дознаватель принимают в пределах своей компетенции в отношении указанных лиц меры безопасности». В числе таких мер — обеспечение анонимности свидетеля. Но так как это исключение из правила и мера чрезвычайная (до 2002 года анонимных свидетелей в отечественном судопроизводстве не было вообще), то постановление о засекречивании свидетеля не может приниматься «на всякий случай», тем более если, как Вы пишете, свидетель — сотрудник полиции.
15.06.2017

Спрашивает Лена
(анонимный свидетель)
Добрый день! Буду очень признательна за ваш совет. Мой муж (наркозависимый) был осужден 2 февраля 2016 года за хранение, употребление (героин 7гр. ). Вину признал, особый порядок, ранее судим. Дали 4 года строго режима. Но дело всё не в этом, тут всё ясно. Ранее в июне 2015 года он привлекался в качестве свидетеля. Ехал с другом на своей машине. Остановили сотрудники ФСКН, обыскали, нашли у друга в кармане героин 4гр. Отвезли в отделение, естественно . и заставили давать показания. Допросили в качестве свидетеля без адвоката. Оба были в состоянии наркотического опьянения, есть справка. Вобщем отпустили их домой, и все об этом забыли. Вот спустя год , приходит следователь из УМВД и говорит, что т.к. ФСКН расформировали, дело теперь у них в производстве и мой муж теперь не свидетель, а подозреваемый(на основании какой то прослушки телефонных разговоров. )Перевели в сизо на месяц, потом ещё на два. Две или три очные ставки-это все следственные действия. Его «напарник» изменил показания. Говорит, что наркотик принадлежит ему. Он купил его за свои деньги и мой муж ничего не знал. Первоначальные показания были другими. Но ведь они должны считаться недействительными, т.к. давались в наркотическом опьянении. Последним козырем следствия конечно же был засекреченный свидетель, который якобы ранее отбывал наказание вместе с моим мужем и узнал его голос на записи телефонных разговоров. Вобщем одни косяки. В деле, ещё в ФСКН есть акт о выемке наркотика для экспертизы, но акта приёма его обратно нет. В ходатайстве о повторной экспертизе следователь отказал. 1 февраля был назначен первый суд. Его отменили и перенесли, т.к. обвиняемых забыли уведомить о начале судебного процесса. Далее всё как у всех. Свидетели-опера, которые ничего не помнят. Одного свидетеля долго не могли найти, да решили и не искать, просто зачитали его показания. Самым главным доказательством был засекреченный свидетель, а он взял и рассекретила. Он отбывает наказание в колонии и изъявил желание явиться в суд. На суде он сказал, что никого не знает, не давал никаких показаний, ничего не подписывал и не понимает, что происходит. Вскрыли конверт, а он пустой. Написали жалобу в ОСБ и ходатайство в суд о фальсификации. Но особо ничего не изменилось. Судья просто закрыл на это глаза. Еще одна особенность:почти на каждом заседании новый прокурор. 20 марта очередной прокурор запросил 7, 5 лет в сумме с тем сроком, который он уже отбывает. 6 апреля будет вынесен окончательный приговор. Подскажите пожалуйста, может быть можно ещё сделать что-то сейчас до вынесения приговора. Ведь потом обжаловать будет сложнее.

Отвечает адвокат Ирина Владимировна Хрунова:
Здравствуйте. Я может быть повторю банальность, но к судебному процессу надо готовиться. И готовится сильно заранее. Когда возбудили уголовное дело, почти всегда это означает, что само по себе ничего не рассосется. Надо прилагать значительные усилия, выстраивать позицию, работать со свидетелями, чтобы добиться желаемого. Сейчас я не смогу дать Вам совета, не зная документов и материалов уголовного дела. Есть общие советы — общаться с судом в письменном виде, подавать документы и ходатайства только в письменном виде, не надеясь на секретаря судебного заседания. Естественно, не пропустить срок обжалования приговора и т.д.
05.04.2017

Спрашивает Евгения Сергеевна
(анонимные свидетели)
Добрый день.
Скажите пожалуйста может ли следователь или иной сотрудник полиции самостоятельно засекретить и также рассекретить закупщика, если ему дан псевдоним? Спасибо

Отвечает завпунктом:
Здравствуйте. Следователь, с согласия начальника следственного органа, вправе принять решение о сохранении в тайне сведений о личности свидетеля (статья 166 УПК, статьи 3 и 18 ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства»).
22.03.2017

Спрашивает Татьяна
(анонимный свидетель)
Мой сын осужден за сбыт наркотиков , чем он никогда не занимался! пришел друг занять деньги, сын отказался дать ( при свидетелях), тогда тот уговорил его одолжить под залог и вернуть долг на следующий день, на следующий день пакет забрал, но без денег, пообещав принести через полчаса.Сын и забыл о нем, а через три мес.сыну предъявили , что есть видеосъемка, запугали на 7-часовом допросе и он находясь в послеинсультном состоянии подписал под диктовку признание.Видео ничего не показало, только часть лица сына, но суд все равно счел это доказательством. Имею ли я право получить свидание с ,,закупщиком,,( отбывает срок вторично за наркотики) с представителем комитета по защите прав человека по доверенности от сына, заверенной начальником колонии?На чье имя писать заявление на разрешение свидания и на какую статью опираться?и как возможно рассекретить пакет с данными закупщика, мы точно знаем его фамилию? И еще один вопрос- имеет ли мой сын подать заявление в кассационный суд о назначении меня его представителем во всех предстоящих судах?

Отвечает завпунктом:
Здравствуйте.
Получить разрешение на свидание с осужденным можно «иному лицу», если сам осужденный обратиться с таким заявлением к начальнику исправительнонго учреждения. То есть встретиться с закупщиком Вы сможете только если он сам об этом попросит и начальник ИУ разрешит.
После вступления приговора в законную силу заявить ходатайство о раскрытии сведений об анонимном свидетеле невозможно. Если дело будет возобновлено, или принято к рассматринию в судебном заседании судом кассационной инстанции, то Ваш сын вправе завить ходатайство о допуске Вас в качестве защитника нарядку с адвокатом (в порядке ч. 2 ст. 49 УПК).
05.02.2017

Спрашивает Владимир
(анонимный свидетель)
Допрос засекреченного агента в суде проходил без обвиняемого,на статиста одели балахон ,остальных из зала суда удалили.Со стороны защиты оставался только адвокат ,который и задавал ему вопросы. Т.к. обвиняемый не мог при этом присутствовать ,судья должен был ознакомить его с показаниями статиста? . Сторона защиты ,считает что здесь нарушено право обвиняемого на защиту ,сторона обвинения не считает это нарушением . Как быть в этой ситуации? В кассационной жалобе можно это отразить? Ещё один вопрос : понятые ,которые присутствовали при обыске ,заявляют: мать подсудимого все время находилась в комнате и могла видеть действия сотрудников полиции. Какое право имеют понятые выступать в этом эпизоде в качестве экспертов и делать такое заключение? Мать в стрессовом состоянии ,диабет ,в возрасте 68 лет ,и внимание всех приковано к оперу делающему обыск. Во время обыска,другой опер подбросил наркотик .Это пытается доказать сторона защиты ,обвинение выдвигает доводы понятых.

Отвечает адвокат Вадим Тихонович Сивченко:
Здравствуйте Владимир. Все нарушения необходимо отражать в жалобе и подтверждать это доказательствами. В моей практике были допросы закупщиков обезличенных. Такого, как вы описываете, не было. Подсудимый должен быть ознакомлен с показаниями обезличенного свидетеля и иметь возможность задать ему вопросы лично или через своего защитника. Это правило распространяется и на случай удаления подсудимого из зала судебного заседания за неправомерное поведение. Данное следует из Конвенции — каждый вправе участвовать в допросе лиц, свидетельствующих против него.
При осмотре места происшествия достаточно, что обнаружение видели понятые, а не другие присутствующие лица. Если в протоколе нет замечаний понятых о том, что сотрудники действовали неправильно, то обратное доказать проблематично.
19.08.2016

Спрашивает J.
(анонимный свидетель)
Здравствуйте. Следствие по наркотикам.
Скажите пожалуйста,человека обвиняют по статье 228.1 ч.4,была контрольная закупка,уже несколько судов прошло,а свидетель обвинения не появляется на суде,во время следствия очной ставки не было,якобы свидетель засекреченый,является ли это нарушением?у него даже фамилия другая в деле,хотя мы все знаем кто этот свидетель,конченный наркоман.судья сказала прокурору обеспечить явку свидетеля,а если он опять не явится?как может в этом случае действовать адвокат,нам кажется что он ничего не делает,только деньги требует,и еще прокурор сказал,что будет вроде как изменять статью на 3 часть и применять статью 30 часть 3,какой срок могут дать?и еще если сам свидетель употребляет,является ли он полноценным свидетелем обвинения?Заранее спасибо!

Отвечает адвокат Виталий Владимирович Мазур:
Здравствуйте!
Адвокат в вашем случае может категорически возражать против оглашения показаний свидетеля, что скорее всего попытается сделать сторона обвинения. Сам факт употребления наркотиков свидетелем ни в коем случае не дискредитирует его со стороны правдивости показаний. Было бы странно если бы закупку проводил человек, который не употребляет наркотики.
31.12.2015

Спрашивает Андрей
(анонимный свидетель, пересмотр приговора, иные ОРМ)
Просьба изучить кассационную жалобу, подготовленную осужденным и высказать о ней свое суждение. К сожалению, наши возможности позволяют осуществлять такого рода помощь в исключительных случаях.

Отвечает завпунктом:
Здравствуйте. Наконец прочитал приготовленную Вами жалобу, которую, сразу скажу, в ключевых моментах нахожу обоснованной. Но есть замечания.
1. Вы утверждаете, что не было смысла секретить основного свидетеля «NN», и что, следовательно, анонимизация ключевых показаний нарушает Ваше право на защиту. Я вообще всегда был противником всего института анонимных свидетелей, потому что их наличие в УПК ограничивает одно из основных процессуальных прав — право обвиняемого допрашивать показывающих против него свидетелей. Поэтому и видеоконференции не могут обеспечить надлежащее судопроизводство. Но давайте исходить из того, что есть в кодексе. Наверняка, что Вам и Вашей жене личность этого свидетеля была известна. Но ведь есть еще и третий обвиняемый N, который, как Вы пишете, был реальным наркоторговцем. Такая постановка вопроса естественно возникнет у судьи, который будет читать Вашу жалобу. Так что я бы не включал этот мотив в жалобу. Вероятно, если такая опасность со стороны N выглядела реалистично на стадии расследования дела, то в суде и тем более в апелляции продолжение засекречивания утрачивало основания. Это если основанием анонимизации был довод о том, что обвиняемый мог повлиять на свидетеля. Но если другим поводом засекречивания были достаточные основания предполагать, что обвиняемый может угрожать данному свидетелю или его близким, то оспорить участие в суде анонимного свидетеля сложно назвать незаконным.
2. Недостаточно убедительными видятся мне утверждения о незаконности прослушивания. Вы пишете, что в судебном постановлении о разрешении контроля переговоров не было приведено фактических поводов для проведения данного ОРМ в Вашем отношении. Указания на наличие у органов информации об участии конкретных лиц в торговле наркотиками Вы считаете недостаточными для прослушки. Не буду ссылаться на повсеместную практику таких обоснований (практика у нас известна — смердит, куда ни ткни). Но скажу, что по сути требовать большего обоснования — это перебор. Другое дело — проверочная закупка. Именно там мы настаиваем на том, что это финальная сцена, которой должны были предшествовать другие мероприятия: наблюдение, фотографирование, опросы, прослушивание, контроль электронных и иных сообщений. Требовать большей обоснованности прослушивания это все равно что добиваться права подозреваемого участвовать в судебном заседании по вопросу выдачи разрешения на его прослушивания или на обыск в его жилище. Так что и этот пункт я бы из жалобы исключил.
3. Непростой вопрос о допустимости допроса задержанных, в том числе подозреваемых, находящихся в состоянии опьянения. Действительно, допрашивать человека, не отдающего себе отчет в силу нахождения в наркотическом умопомрачении — неприемлемо. Но критерии здесь весьма расплывчаты, это уже дело совести следователя. А с этим у них бывают проблемы. С другой же стороны, с точки зрения официальной оценки результатов освидетельствования на наркотики, состояние наркотического опьянения признается в любом случае, когда в организме обнаруживаются наркотики. Следует ли из этого, что нельзя допрашивать лицо, курившее марихуану три месяца назад? Я не к тому, чтобы об этом не писать в жалобе, надо писать в более точных выражениях. Сработать это может, на мой взгляд, лишь при наличии заключения эксперта (специалиста) — врача психиатра-нарколога о том, что обвиняемый на момент допроса находился в состоянии, препятствующем ему понимать характер своих действий (это по сути, можно и другими словами).
4. Советую отказаться и от довода, касающегося допроса оперативника X, который в судебном заседании не смог назвать другого человека, которому обвиняемые продали наркотики. X и не вправе был делать такие заявления в суде, потому что в таком случае заявлялись бы доказательства преступлений, в которых обвиняемые не обвинялись.
5. Последнее, и, может быть, самое существенное, о чем я могу судить только на основании доводов Вашей жалобы. Как я понимаю, приговором были осуждены три человека: N, Вы и Ваша жена. Очевидно, что интересы N могут вступать в противоречие с вашими интересами. Но, если я правильно понимаю, противоречий и конфликта интересов между Вами и Вашей женой нет. Более того, в своей жалобе Вы излагаете частично и аргументы по тем позициям приговора, которые касались только Вашей жены. Из этого я делаю предположение, что разумным было бы синхронизировать ваши действия и обращаться с дальнейшими жалобами сообща. А еще лучше — не настаиваю, только предполагаю, — и на текущем этапе (обращение СК в ВС РФ) подать совместную жалобу.
30.09.2015

Спрашивает Владимир
(защитник, анонимный свидетель)
Опер пишет рапорт что М .занимается сбытом героина в особо крупном размере, следоваатель в постановлении пишет что М. приобрёл и хранил при себе героин в особо крупном размере при этом в деле нет никаких подтверждающих документов т.к сторона обвинения считает что это секретные данные полученные от агентуры.Я как общественный защитник имею право на ознакомление или только судье предоставлены такие полномочия?

Отвечает адвокат Ирина Владимировна Хрунова:
Здравствуйте. Общее правило — сторона защиты и сторона обвинения в уголовном деле имеют одинаковые полномочия. И если какие-то сведения становятся известны одной стороне, то вторая сторона также может претендовать на ознакомление с такими сведениями. Однако из любого правила есть исключения. УПК РФ, по которому ведется следствие, знает понятие «государственная тайна». Согласно ст.49 УПК РФ, в случае, если защитник участвует в производстве по уголовному делу, в материалах которого содержатся сведения, составляющие государственную тайну, и не имеет соответствующего допуска к указанным сведениям, он обязан дать подписку об их неразглашении. Если следователь засекретил личные данные свидетеля, который дает показания, то эти сведения станут известны только судье, он должен удостоверится, что этот человек действительно существует. Защите сведения о личности этого свидетеля будут недоступны. Если же в уголовном деле есть сведения, в котором содержатся государственная или иная охраняемая федеральным законом тайна, то защита может с ними ознакомится, и даже снять копии, но эти копии будут храниться при уголовном деле и предоставляются обвиняемому и его защитнику во время судебного разбирательства, домой или в свой офис защитнику эти копии забирать не разрешается.
Из Вашего письма я не поняла, о каких документах идет речь. И если у вас идет стадия судебного следствия, то кто сказал о том, что это секретные сведения. Свидетель? А если в деле нет никаких сведений, то есть по сути нет документов, то и на них ссылаться нельзя. Просто не понимаю, о чем идет речь.
18.08.2015

Спрашивает Дмитрий
(анонимные свидетели)
Добрый день!
Подскажите, могут ли служить основаниями для проведения орм, засекреченные сведения. Т.е. Данные которые на протяжении всего следствия и суда не были рассекречены.
В материалах дела нет данных свидетельствующих о признаках преступления до орм, но есть засекреченный конверт с показаниями закупщика до закупки. Никаких постановлении о рассекречивании данных показаний нет.

Отвечает адвокат Ирина Владимировна Хрунова:
Здравствуйте. К сожалению, судебная практика последних лет говорит, что это законно. Хотя лично я так не считаю, но я вообще не считаю законной практику засекреченных свидетелей. Но судебная практика говорит по-другому — следователь и суд ознакомились с этими документами, и оценили их, значит это законно. Так как секретные они только от стороны защиты, а не от суда и следствия.
10.08.2015

Спрашивает Денис
(анонимный свидетель)
Здравствуйте! Подскажите пожалуйста..я был завербован сотрудниками гнк на орм(ходил на закуп) был засекречен,но входе следствия они меня рассекретили..изначально мне говорили что я буду давать показания в суде в отдельной комнате с изменением голоса. но в моем городе нет такой комнаты и аппаратуры.могу я не ходить на суд. И гразит ли мне за это наказание..заранее спасибо

Отвечает адвокат Ирина Владимировна Хрунова:
Здравствуйте. Ни в одном суде нет такой специальной комнаты, обычно, такого засекреченного свидетеля заводят в комнаты помощников или в отдельный зал, и оттуда организуют видео трансляцию. Иногда засекреченный свидетель находится в зале судебного заседания, но за ширмой, где его не видят, и он оттуда дает показания. Про изменение голоса сказать ничего не могу, про такое не слышала, но мне кажется, что это лишнее, так как через видео или аудио связь голос меняется все равно. Если Вы не придете в суд, то наказания для Вас никакого не будет. Но суд будут откладывать, пока прокурор не даст задание оперативникам, кто проводил контрольную закупку, привести свидетеля в суд. Как это происходит на практике? Всех свидетелей обвинения приводит в суд прокурор, именно он должен обеспечить их явку. В реальности, конечно же, прокурор сам никуда не ходит и не ищет, а звонит в отдел полиции, кто проводит закупку, и дает им задание найти и привезти в суд свидетеля. И они это делают. Так что если Вы не будете приходить в суд, то ждите оперативников.
01.06.2015

Спрашивает Неизвестный
пред. № 7980
у меня нет образования,и они диктовали по буквам, как я понял что это было, какое то заявление начальнику о том что моё имя и фамилия будут засекречены,и убрали эту бумагу в сейф. Спасибо за ваш ответ!

Отвечает адвокат Ирина Владимировна Хрунова:
Здравствуйте еще раз. Вы написали нам, что Вас задержали. А что произошло дальше? Вас допрашивали, составили какие то документы, предъявили обвинение, или взяли подписку о невыезде? Или Ваше задержание ничем не закончилось? В первую очередь Вы должны поинтересоваться и узнать (хоть у адвоката, хоть у оперативника), какое у вас сейчас положение. Вы подозреваемый или нет? Судя по бумаге, которую Вы написали под диктовку, Вас хотят сделать засекреченным свидетелем, ну просто потому, что засекреченных обвиняемых не бывает. Если засекреченный, то значит свидетель. Понятно теперь мне, что они хотят, чтобы вы были в статусе засекреченного свидетеля, и стали прямо показывать против кого то. То есть стали свидетелем обвинения. Но это не объясняет мне, что с Вашим уголовным делом происходит. Может быть, Вам оперативники «простят» Ваши наркотики, но в обмен на показания против кого то. Или «не простят», а просто оставят Вас на свободе? Все, что сейчас я Вам написала, Вам надо выяснить, и Вы поймете, что происходит.
23.10.2014

Спрашивает Айгуль Х.:
(анонимный свидетель)
В нашем деле есть засекреченные свидетели, но в деле нет такого постановления, по крайней мере я не видела его когда ознакамливалась с делом. Должно ли быть это постановление следователя в деле и как оно выглядит? Могу ли я подать ходатайство о рассекречивании свидетелей если я их всех знаю — это все мои друзья.

Отвечает завпунктом:
Здравствуйте.
Постановление о сохранении в тайне данных о личности, если такое решение в отношении свидетеля принято, должно быть в деле обязательно (часть девятая статьи 166 УПК). При этом оно должно быть визировано начальником следственного органа, в производстве которого находится дело. Постановление помещается в конверт и опечатывается и в таком виде хранится в деле.
Сторона защиты вправе заявить обоснованное ходатайство об ознакомлении с постановлением, в котором указано подлинные сведения о свидетеле. Решение, естественно, принимает суд. (статья 278 УПК).
13.06.2013

Спрашивает Тамара:
Добрый день! Подскажите, пожалуйста,какие данные о личности должны указываться в постановлении о проведении ОРМ,? если от закупщика имеется заявление, о сохранении его данных в тайне. Заранее спасибо.

Отвечает адвокат Ирина Владимировна Хрунова:
Только засекреченные фамилия, имя и отчество. Иногда в допросах я видела еще и адрес засекреченного свидетеля — таким адресом всегда был адрес РУВД или ФСКН.
28.05.2013

Спрашивает И.:
(анонимный свидетель)
Уважаемый Лев Семенович! Большое спасибо Вам за Ваш труд. Вы даете людям надежду. Как это важно для нас.
Если я правильно поняла, сын сам должен отправить надзорную жалобу в Президиум Верховного суда из зоны и как-то это можно совместить с переквалификацией по Постановлению 1002 с особо крупного размера на крупный 3.7 г хранение).приложить по экземпляру приговора, ,кассационного определения и постановления суда надзорной инстанции.На сайте №4696 Вы рекомендовали обратиться к Федоровой Ольге Яковлевне
А мне можно?В нашем случае с основного свидетеля обвинения закупщика сняли уголовную ответственность за участие в ОРМ , деньги ему давали наркоконтролеры, звонил он сыну из УФСКН в присутствии оперативников(из материалов дела )А на суд его не могли доставить год и два месяца В конце концов за два дня до вынесения приговора судья в судебном заседании вышел из зала суда минут на сорок Вернулся и зачитал показания, якобы данные анонимным свидетелем, попросил вопросы,опять ушел, вернулся зачитал ответы на них .В протоколе судебного заседания -показания даны не за 2 дня о вынесения приговора( в апреле) а оказывается в ноябре и свидетель присутствовал в зале заседания и отвечал на вопросы На замечания к протоколу получен ответ- судья сложил полномочия федерального судьи и перешел на работу в областной суд и до сих пор там работает У меня есть копии материалов дела. Диву даешься. Если бы было можно я бы и их к вам отправила лишь бы помогли написать нам все грамотно. У меня есть от него доверенность заверенная начальником колонии. и еще 2 экземпляра необходимых документов А я могу от себя по его доверенности отправить?

Отвечает завпунктом:
Здравствуйте. У нас на главной странице висит следующее объявление: «Если в основу уголовного дела положена провокация, обвинительный приговор основан на недопустимых доказательствах или на незаконной проверочной закупке, но в российских судах справедливость не была восстановлена, правозащитная ассоциация АГОРА готова изучить основные документы по делу и по результатам изучения оказать бесплатную юридическую помощь в подготовке жалобы в Европейский Суд по правам человека. ЕСПЧ принимает дело к рассмотрению в течение шести месяцев с даты вынесения национальными органами окончательного решения по делу (после кассации – до 2013 г. или апелляции – с 1 января 2013 г.). Пишите [email protected]».
По поводу надзорной жалобы — Вы все правильно поняли.
21.05.2013

Спрашивает Татьяна:
(анонимный свидетель)
Добрый день. В предыдущем вопросе 5627 (про конверт в котором нет копии паспорта залегендированного свидетеля, только заявление о не разглашении его данных).Вы мне все ответили. Прокурор больше не настаивала на оглашении показаний этого свидетеля. Судья при вынесении приговора тоже не ссылалась на этого свидетеля. Приговор 6 лет. Описывает, что подсудимый факт передачи признает, активно участвовал в расследовании данного преступления, имеет малолетнего ребенка, беременную жену, все положительные характеристики, но при вынесении приговора не применяет ст.64 УК. Мы продолжаем доказывать провокацию, подаем апелляционную жалобу. И тут происходит следующая ситуация: прокурор (она же жена одного из начальников ГНК) ходатайствует о допросе залегендированного свидетеля, у которого не было копии паспорта, сказав, что его явка будет обеспечена в течении 10 мин. Судейская коллегия удовлетворила ход-во прокурора. Мы заявили ход-во об отводе суд. коллегии, эта-же суд. коллегия нам отказала. Свидетеля допросили, отвечал не на все вопросы, на просьбу описать подсудимого, отказался отвечать. В итоге приговор оставили без изменений. Скажите, законно ли было решение суд. коллегии о допросе залегендированного свидетеля, если в суде первой инстанции его личность не была идентифицирована? Что нам делать дальше?

Отвечает адвокат Ирина Владимировна Хрунова:
Здравствуйте. Ну конечно же, такое решение судейской коллегии незаконно. Решение о избрании свидетелю засекреченного статуса принимает следователь, который убеждается, что перед ним реальный человек с реальным паспортом, и только после этого берет у него показания. Только в протоколе допроса указываются не его реальные данные, а псевдоним. Но при этом в материалах уголовного дела (точнее, в тайном конверте, который имеет право открывать только судья) имеются его реальные паспортные данные. Суд первой инстанции как раз и хотел убедиться, что человек, который перед ним сидит, является тем самым свидетелем, который допрашивался на предварительном следствии. Он не убедился в этом, так как в конверте не было копии паспорта. Поэтому у меня обоснованный вопрос — а как судебная коллегия в суде 2 ой инстанции убедилась, что этот человек — то же лицо, которое было допрошено на предварительном следствии? Если в конверте не было паспорта?
Дальше продолжайте обжаловать приговор, и обязательно включайте в него обоснование данного «нового» нарушения. Если есть желание, пришлите нам приговор, мы посмотрим на него на предмет возможного обращения в ЕСПЧ. Только одна просьба — приговор должен быть хорошо читаем, и мало весить.
05.04.2013

Спрашивает Сергей:
Добрый день! Буду очень краток. Дал в аренду за 3000р автомобиль Олегу. Приезжают опера, показывают показания Олега, что я продал ему героин в ПОРОШКЕ три свертка в фольге. Я в шоке!. добровольно выдаю им деньги, у меня естественно ничего не находят. Требую очную ставку, но меня отпускают и вызывают аж через пол-года. На очной ставке Олег при адвокате своем говорит что оговорил меня -деньги дал за аренду машины и никаких наркотиков у меня не покупал. Первые показания против меня он-Олег дал при дежурном адвокате. Теперь на суде Олег также пояснил что оговорил меня и героин-три свертка он приобрел еще утром для себя. Неужели этого мало чтобы прекратить в отношении меня дело? Тем более закупщик Дима выдавал операм уже шприц с раствором, который получали из порошка, привезенный Олегом. Олег брал деньги , ездил доставал героин в порошке, привозил, вместе варили с закупщиком, употребляли и закупщик выносил уже раствор-18апреля, 30 мая и 9-го июня Еще важный момент! Закупщика засекретили , хотя и Олег и его сын, кот. тоже сидит по этому делу отлично знают его -закупщика! Сын Олега вместе с ним сидел в лагере, на свободе вместе употребляли наркотики, ходили друг к другу в гости. Помогите КАК его рассекретить, чтобы давал показания в зале суда без подсказки оперов? 12мая прения, а закупщик уже давал показания в суде анонимно. Прочитал на вашем сайте всю переписку, но даже близко нет анологичных дел, как у меня. Сбольшим нетерпением ждем Вашего совета!!

Отвечает завпунктом:
Здравствуйте. Согласно части пятой статьи 278 УПК РФ «при необходимости обеспечения безопасности свидетеля, его близких родственников, родственников и близких лиц суд без оглашения подлинных данных о личности свидетеля вправе провести его допрос в условиях, исключающих визуальное наблюдение свидетеля другими участниками судебного разбирательства, о чем суд выносит определение или постановление«.
В изданном Верховном Судом РФ практическом пособии «Практика применения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» (под редакцией заместителя председателя ВС РФ В. П. Верина. — Москва: Юрайт-Издат, 2007) разъясняется, что «единственным основанием» для засекречивания данных о свидетеле «является обеспечение безопасности свидетеля, его близких родственников, родственников и близких лиц. Эти основания указаны в ч. 3 ст. 11 УПК — угроза убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением имущества. Никакие другие обстоятельства, например необходимость скрыть источник информации из-за сложной криминогенной обстановки в регионе, с целью обеспечить сохранение государственной тайны и т. д. , не могут быть основанием для проведения допроса свидетеля в условиях, исключающих его визуальное наблюдение участниками судебного разбирательства».
Таким образом если у обвинения нет достаточных оснований утверждать, что данному свидетелю оглашение(и без того известных)данных о его личности угрожает убийством, насилием или уничтожением имущества, у стороны защиты есть все основания ходатайствовать «о раскрытии подлинных сведений о лице, дающем показания, в связи с необходимостью осуществления защиты подсудимого» (часть шестая статьи 278 УПК).
13.05.2012

Спрашивает Татьяна:
Здравствуйте! Спасибо за ответ 3062, уточните пожалуйста при обращении в надзорную инстанцию прикладывать фонографическую экспертизу, где обнаружен монтаж или не стоит, все труды бесполезные?
И ещё подскажите у нас был засекреченный свидетель, на суде она дала показания, что она добравольно без письменного согласия дала согласие на участие в ОРМ, показала, что дезоморфин ей отдавал мой сын. После суда выясняется, что она находилась под следствием, через неделю у неё был суд, ей дают 1год, хотя статья до 10лет.Приговор по её делу у нас есть. Можно ли на это тоже опираться, в надзорке или как вновь открывшиеся обстоятельства? Извините за назойливость, ведь 10лет даже за убийство не дают, а здесь сфабрикованное дело, за какую-то жидкость, незнамо откуда появившуюся, помогите?

Отвечает завпунктом:
Здравствуйте. Приложить к надзорной жалобе заключение фонографической экспертизы можно в качестве приложения, указав в жалобе, какое нарушение этим подтверждается. Это может увеличить шанс истребования уголовного дела. Изложенные Вами обстоятельства, касающееся личности свидетеля, также имеет смысл изложить в жалобе, поскольку это говорит о заинтересованности свидетеля. Но факт осуждения свидетеля за некое преступление не может рассматриваться как вновь открывшееся обстоятельство, так как данное лицо осуждено не за ложные показания.
14.08.2011

Спрашивает Алексей:
Здравствуйте, меня зовут Алексей, обращаюсь к Вам в первый раз и вот с какой проблемой.16 января 2011 года моего брата задержали сотрудники УФСКН при нем нашли пакет с дикорастущей коноплей весом 4 грамма, после задержания моего брата сотрудники повезли его к себе в отдел, где он дал объяснение по факту хранения данной травы, в своем объяснении он указал, что траву нарвал ранее осенью 2010 года, после дачи объяснения сотркдники поехали вместе с ним к нему домой, где он указал место хранения данной травы и добровольно ее им выдал, масса данной травы составила 300 гр., которая находилась в двух пакетах, однако данный факт не был запротоколирован сотрудниками. После изъятия травы, у моего брата был изъят паспорт и он был отпущен без каких- либо обвинений. 29 февраля 2011 года он был вызван следователем, где ему предъявили обвинение по ч.3 ст.30, п «Б» ч.2 ст.228.1, ч.2 ст.228 УК РФ., в этот же день ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. В данном обвинении ему инкриминировали сбыт в подъезде своего дома 24 ноября 2010 года наркотического вещества дезоморфин массой 1,375 гр. Однако как в день проведения контрольной закупки так и до 16 января 2011 года в отношении моего брата каких либо следственных действий со стороны сотрудников наркоконтроля не предпринималось, вызовов к ним он не получал. В ходе следствия по данному делу фигурировал шприц, на которых должны были остаться отпечатки пальцев моего брата, если он его продал, но с данного шприца отпечатки следов не снимались, в ходе судебного следствия его ходатайства о проведении криминалистической экспертизы данного шприца на наличие на нем его отпечатков пальцев были отклонены, в связи с тем, что лицо(агент) проводившее закупку является засекреченным и разглашению не подлежит, кроме того не было удовлетворено ходатайство о распечатки детализации звонков между моим братом и агентом по тем же основаниям. При проведении контрольной закупки не проводилась видеосъемка, денежные средства, переданные агентом моему брату не были изъяты сотрудниками наркоконтроля. Понятые при контрольной закупки не видели самого продавца, а видели только то, что покупатель (агент) зашел и вышел из подъезда, где проживал мой брат. На суде понятые путались в своих показаниях, а на вопрос «почему вы даете другие показания, нежели те которые вы давали в ходе следствия, отвечали что забыли, далее был задан вопрос: «каким показаниям верить- тем что давали ранее следователю или тем которые давали судье, отвечали что тем, которые давали следователю».
В итоге моему брату дали 8 лет лишения свободы, таким образом все обвинение было построено на показаниях одного агента, бывшего наркомана (данная информация была отражена в обвинительном заключении) и невнятных и противоречивых показаниях понятых. В связи с этим прошу консультации, как быть дальше и какие действия предпринимать для изменения приговора в отношении моего брата.

Отвечает завпунктом:
Здравствуйте. Ответить на Ваш вопрос можно лишь в общих чертах, так как важны детали. В частности, имеет значение, заявлялось ли в суде ходатайство о рассекречивании свидетеля, что возможно в соответствии с частью шестой статьи 278 УПК; имеется ли в деле постановление начальника органа, осуществившего закупку, о проведении этого мероприятия; главное же – чем мотивировано то, что Вашего брата не задержали после проверочной закупки, а предъявили связанное с ней обвинение почти через два месяца.
Представляется, что сохранение анонимности свидетеля может быть обусловлено либо интересами оперативно-розыскной деятельности, либо обеспечением его безопасности. В случае, когда личность такого свидетеля заранее известна стороне защиты, или становится известной в ходе производства по делу, сокрытие данного лица необоснованно и нарушает право обвиняемого на допрос свидетеля.
03.07.2011

Спрашивает Сергей:
Здравствуйте. Имеется ли практика по обжалованию постановления следователя о сохранении втайне данных о личности свидетеля. В частности как и чем убедиить суд? Свидетель явно злоупотребляя своим положением дает ложные показания. Я даже уверен,что показания составляет следователь. Стилистика текста указывает на высшее юридическое образование и фактически формулирует обвинение. Кроме этого в деле свидетель один, а фактически при непосредственном участии следователя ему даны два псевдонима и показания свидетель дает как от разных лиц. Суд не дает этому факту оценку. Разве это не злоупотребление служебным положением и обман участников процесса, как со стороны следователя, так и судьи

Отвечает адвокат Хрунова Ирина Владимировна:
Здравствуйте, Сергей.
Да, такая практика в РФ существует, но, на мой взгляд, она либо встает на защиту «тайных» потерпевшего, свидетеля, либо она очень неконкретная, и ограничивается общими фразами. В любом случае, законодательство и судебная практика по этому вопросу говорит о том, что последнее слово по этому вопросу должен сказать суд.
Я Вам приведу пример, чтобы Вы могли это увидеть. Так, граждане РФ несколько раз обращались в Конституционный суд РФ с жалобой на неконституционность такой нормы, как ст. 166 УПК РФ, разрешающая сохранять данные о некоторых потерпевших, свидетелей в тайне — например, есть Определение Конституционного суда от 17 июля 2007 г. N 622-О-О. На мнение заявителя о том, что сохранение в тайне данных о личности свидетеля не позволяет проверить правдивость его показаний, что ставит сторону обвинения в преимущественное положение по отношению к стороне защиты, допускает возможность злоупотреблений со стороны лиц, осуществляющих предварительное расследование, и нарушает конституционное право обвиняемого на равенство перед законом и судом, Конституционный суд ответил следующее. «Устанавливаемые в статьях 166, 241 и 278 УПК Российской Федерации гарантии обеспечения безопасности участников уголовного судопроизводства, их родственников и близких лиц не упраздняют установленные уголовно-процессуальным законодательством общие правила собирания, проверки, оценки и использования доказательств, не лишают суд и участников уголовного судопроизводства, выступающих на стороне обвинения или защиты и обладающих в состязательном процессе равными правами, возможности проведения проверки получаемых в таких условиях доказательств, в том числе путем постановки перед анонимным свидетелем вопросов, заявления ходатайств о проведении дополнительных процессуальных действий, представления доказательств, опровергающих или ставящих под сомнение достоверность того или иного доказательства (статья 86, глава 15, часть третья статьи 278 УПК Российской Федерации). Подсудимый и его защитник не лишены также права заявить ходатайство о раскрытии подлинных сведений о дающем показания лице и о признании его показаний недопустимым доказательством в случае нарушения закона, а также использовать иные средства и способы обеспечения и защиты прав подсудимого (часть шестая статьи 278 и статья 75 УПК Российской Федерации).»
Как Вы сами видите, законодатель настаивает, что все вопросы о законности и незаконности сохранения данных свидетеля в тайне, должен решать только суд. Соответственно, чтобы суд не смог проигнорировать «ошибки» в показаниях свидетеля, то об этом надо говорить много и часто, и желательно в письменном виде. И не надо забывать следующее — так как в ст. 166 УПК РФ буквально указано «При необходимости обеспечить безопасность потерпевшего, его представителя, свидетеля, их близких родственников, родственников и близких лиц следователь вправе в протоколе следственного действия, в котором участвуют потерпевший, его представитель или свидетель, не приводить данные об их личности«, то в первую очередь надо обосновывать отсутствие угрозы безопасности участников процесса и их родственников.
06.07.2010.

Спрашивает Инна М.:
Здравствуйте!
Пожалуйста, дайте совет.
Мой брат осужден по статье ч. 2 ст. 228.1 УК РФ по двум эпизодам и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 6 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в колонии строгого режима.
Первый эпизод мой брат не признал, второй частично.
На суде, по нашему мнению были допущены нарушения.
1 эпизод
1. В материалах уголовного дела отсутствуют подписи свидетелей, понятых.
2. Понятые и «закупщик» показали что при проведении «Проверочной закупки» кроме денежных средств «закупщику» сотрудниками милиции ничего не вручалось, никаких видеозаписывающих устройств. О том, где он был понятые сказали: «ушел за дом и скрылся, а когда вернулся, то сказал, что зашел в дом на ул. Ленина (номер дома не помню), поднялся на второй этаж и приобрел наркотик».
3. Применение технических средств при ОРМ не было оформлено надлежащим образом. (Не было ни даты, ни каких-либо заявлений.)
На видеозаписи не виден ни факт передачи денежных средств «закупщиком» ни факт передачи каких-либо наркотических средств. Адвокат ходатайствовала на экспертизе видеозаписи, однако суд отклонил это ходатайство, а в судебном протоколе нет никакого постановления об этом.
3. Понятые засекречены, хотя на суде они сказали что «никогда не видели подсудимого, никогда с ним не общались, не знают, как он выглядит». Основания для засекречивания понятых не было. Все ходатайства адвоката судом были отклонены. Суд не дал возможности стороне защите убедиться в незаинтересованности данных лиц, в том, что они не являются сотрудниками милиции.
Все показания свидетелей (наркозависимых) основываются на слухах.
2 эпизод
«Закупщиком» является одно и то же лицо в двух эпизодах. В заключение эксперта: вещество является наркотическим средством «Героин», масса данного наркотического средства составляет 0,485 грамма. Однако брат осужден за незаконный сбыт наркотического средства в крупном размере.
Подавали все положенные жалобы в местные инстанции.
Скажите что можно сделать чтобы уменьшить срок наказания, можно ли писать жалобу с просьбой снять 1 эпизод, так как вина подсудимого не была доказана а все сомнения в виновности толкуются в пользу обвиняемого.
У него все характеристики хорошие, он женат, имеет двух детей, один ребенок несовершеннолетний.
С уважением, Инна М.

Отвечает адвокат Хрунова Ирина Владимировна:
Здравствуйте, Инна.
Неоднократно, в том числе и на нашем сайте, я говорила — проходите все возможные инстанции, определенные Уголовно-процессуальным кодексом РФ, если Вы не согласны с приговором. Хоть процент приговоров, отменяемых в надзорной инстанции маленький, а вдруг.
Я, как юрист-практик, сама очень не люблю засекреченных свидетелей. Понимаю, что закон очень неэффективно оберегает свидетелей по уголовным делам, тем не менее считаю, что засекреченные свидетели могут быть использованы не в пользу подсудимого, поскольку нет возможности убедиться в их независимости и незаинтересованности. Однако, в Вашем случае такие свидетели не давали показаний в отношении Вашего брата. Да, они сказали, что закупщик куда то уходил, но прямых показаний по подсудимому они не давали. Если все было так, как Вы написали в своем письме, то показания понятых стороне защиты не мешали, и даже не было оснований для их рассекречивания. Даже если бы они указали на конкретный дом, в который зашел закупщик, то на втором этаже этого дома есть не только квартира, где проживал Ваш брат.
Вполне возможно допустить, что закупщик действительно говорил все то, что понятые пересказали в суде. Закупщик ушел куда то, а потом вернулся, и сообщил где был и что делал, при этом сказав неправду. Поэтому изобличать надо именно закупщика, если он соврал и Ваш брат действительно не продавал ему наркотики. Закон позволяет прилагать к надзорной жалобе не только копии приговора и определения кассационной инстанции, но еще и иные документы, которые подтверждают, по мнению заявителя, доводы, изложенные в надзорной жалобе. Воспользуйтесь этим моментом, и, если Вам удастся найти документы, которые ставят под сомнения показания закупщика, обязательно приложите их к надзорной жалобе.
Что касается размера наркотических средств, то согласно Постановлению Правительства РФ от 7 февраля 2006 г. N 76 «Об утверждении крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ для целей статей 228, 228.1 и 229 УК РФ», то крупным размером героина признается его вес от 0,5 гр до 2,5 гр. Мне сейчас трудно сказать, почему именно суд признал Вашего брата виновным по ч. 2 ст. 228.1 УК РФ, надо знать все обстоятельства. Например, если наркотическое средство или психотропное вещество входит в состав смеси (препарата), содержащей одно наркотическое средство или психотропное вещество, его размер определяется весом всей смеси. Пришлите информацию поподробнее.
Также у меня есть вопрос по наличию в квалификации преступления, помимо ст. 228.1 УК РФ, еще и ст. 30 УК РФ. Поскольку в деле фигурирует закупщик, который после проведения контрольной закупки должен выдать купленное запрещенное вещество, то значит преступление не было доведено до конца, и подлежит квалификации по ст. 228.1 УК РФ через ст. 30 УК РФ.

Отвечает завпунктом:
Небольшое дополнение. Конечно, приговор можно обжаловать не по всем вмененным деяниям, а в части – например, по одному из эпизодов, в остальном соглашаясь с квалификацией.
04.04.2010.

Спрашивает Мария:
Здравствуйте, подскажите пожалуйста! Друга обвиняют в сбыте наркотика, основной свидетель, он же закупщик, утверждающий, что приобретал наркотик у друга является засекреченным свидетелем. В материалах дела есть протокол осмотра закупщика, протокол выдачи актированных денег. Друга задержали гораздо позже, денег не изымали. В связи с этим, вопрос, как суд в основу приговора может положить показания именно засекреченного свидетеля? Друг говорит, что это фальсификация закупки.

Отвечает завпунктом:
Здравствуйте.
Постановление приговора на основании одних только показаний засекреченного свидетеля при отсутствии иных прямых доказательств вины недопустимо.
Подтвердить эту недопустимость можно, в частности, основываясь на решениях Европейского суда по правам человека по аналогичным делам. Так, в Постановлении по делу «Ваньян против РФ» от 15 декабря 2005 года ЕСПЧ пришел к следующим выводам:: «Конвенция не препятствует тому, чтобы относится с доверием к таким источникам, как анонимные информаторы, на следственном этапе разбирательства или когда это оправданно характером преступления. Однако последующее использование их показаний в суде для обоснования обвинительного приговора — другое дело. Использование тайных агентов должно быть запрещено и меры ограждения от них приняты даже в делах, касающихся борьбы против наркоторговли. Из требований справедливого суда по статье 6 вытекает, что общественные интересы в борьбе против наркоторговли не могут оправдать использование доказательств, полученных в результате провокации полиции.»
Та же позиция подтверждена и в Постановлении по делу «Красники против Чешской Республики» от 28 февраля 2006 года, которое важно указанием на необходимость доказывания стороной обвинения обоснованности засекречивания свидетеля: «Поскольку в материалах дела не имеется ничего, что бы указывало на причины для дачи свидетельских показаний анонимно, невозможно установить, каким образом следователь и судья суда первой инстанции оценивали обоснованность опасений свидетелей относительно возможных актов мести со стороны заявителя. Областной суд также не исследовал основания для предоставления свидетелям возможности давать показания анонимно. Европейскому Суду не было доказано, что заинтересованность свидетелей в сохранении их анонимности могла бы оправдать ограничение прав заявителя в такой степени. Районный суд обосновал обвинительный приговор, вынесенный заявителю, в решающей степени показаниями, данными анонимно, а решение областного суда, которым приговор был оставлен в силе, не было обосновано какими-либо новыми доказательствами, полученными из поименованных источников. Соответственно, производство по делу в целом было несправедливым.»
Кроме того, насколько можно предположить по Вашему вопросу, вещественное доказательство — якобы изъятое наркотическое средство — отсутствует и не исследовалось. В таком случае защите следует руководствоваться позицией Верховного Суда РФ, который в Постановлении Пленума от 15 июня 2006 года указал: «Для определения вида средств и веществ (наркотическое, психотропное или их аналоги, сильнодействующее или ядовитое), их размеров, названий и свойств, происхождения, способа изготовления, производства или переработки, а также для установления принадлежности растений к культурам, содержащим наркотические вещества, требуются специальные знания, суды должны располагать соответствующими заключениями экспертов или специалистов«. Иными словами, если вещество не исследовалось, невозможно определить его размер, да и вообще нет оснований утверждать, что это был наркотик.
26.09.2009.

Популярное:

  • Код дохода по ндфл компенсация при увольнении Ошибка в коде дохода 2-НДФЛ — До 01.01.2016 не было ответственности за недостоверные сведения (отражение доходов не по тем кодам доходов) в справках 2-НДФЛ. Она введена только с 01.01.2016. Акты законодательства о налогах и сборах, устанавливающие ответственность за нарушение […]
  • Исполнение бюджета картинки Исполнение бюджета Постановление администрации от 09 октября 2017г. № 164 «Отчет об исполнении бюджета городского поселения за 9 месяцев 2017 года» (с приложением) Постановление администрации от 12 апреля 2017г. № 54 «Отчет об исполнении бюджета городского поселения за 1 квартал 2017 […]
  • Права собственности граждан презентация Право собственности - презентация Презентация была опубликована год назад пользователемКристина Короткова Похожие презентации Презентация на тему: " Право собственности " — Транскрипт: 1 Право собственности Выполнили студентки гр.39 фм 4 Ивкина Анна Короткова Кристина Гулая Анастасия […]
  • Судебный участок no 100 волгоградской области Судебный участок № 100 Волгоградской области Адрес: Волгоград, проспект Ленина, дом № 67 А (посмотреть на карте Google) Электронная почта: [email protected] Время работы: понедельник, вторник, среда, четверг — 09.00-18.00, пятница — 09.00-16.45, перерыв — 13.00-13.45 Мировой судья: […]
  • Как поставить машину на учет в барнауле Где в Барнауле поставить машину на учет в ГИБДД Постановка автомобиля на учет в ГИБДД – обязательная процедура для всех владельцев автотранспорта. Для этого требуются следующие документы: 1. Заявление о регистрации нового или бывшего в употреблении автотранспортного средства. 2. […]
  • Мировой суд советского района г казани участки Мировой суд советского района г казани участки Мировые судьи Советского района Взыскание БАНКОВСКИХ КОМИССИЙ , штрафов и иных платежей с БАНКОВ тел. 253-20-61 , 277-22-33 , адрес: РТ, г.Казань, ул.Эсперанто, д. 21/64 «ЮРИСТ» Любые АНТИКОЛЛЕКТОРСКИЕ УСЛУГИ, в том числе судебная защита […]